Мой визит к мэру мог подождать, на самом деле, все остальное, черт возьми, могло подождать.

Но она не могла.

Позади меня послышался одобрительный шепот, за которым последовало шарканье ног и хлопанье дверей лифта, оставляя нас с Райли наедине. Ее грудь быстро поднималась и опускалась, пульс тяжело бился на нежной шее, и когда она втянула нижнюю губу и прикусила ее, я, блядь, сорвался.

Бросившись к ней, я легко поднял ее и перекинул через плечо, как делал в предыдущих случаях, зная, как сильно она это ненавидит. И действительно, как только я потащил ее задницу к себе в спальню, она завизжала, проклиная мое имя и пытаясь вывернуться из моих объятий. Свободной рукой я сильно шлепнул ее по заднице, прежде чем засунуть два пальца в ее киску, обнаружив, что она намокла. Ее ругань превратилась во что-то совершенно другое.

Почти сорвав дверь с петель и захлопнув ее за собой, я подошел к кровати и повалил Райли на пол, ее хорошенькая маленькая щелка выглядывала из-под неглиже. Она подпрыгнула на кровати, но прежде чем она успела пошевелиться, я набросился на нее, прижимая к кровати и грубо схватив за подбородок.

- Во что, черт возьми, ты, по-твоему, играешь, звездочка? Демонстрируешь то, что принадлежит мне, моим мужчинам? - мои губы скользнули по ее губам, ее теплое дыхание коснулось меня, когда она вздрогнула, заставляя мой и без того пульсирующий член пульсировать сильнее. Черт возьми, я, скорее всего, кончил бы в штаны, если бы не успокоился, черт возьми.

Ее брови озабоченно сошлись на переносице, и это правильно, она должна была волноваться. Мысль о том, что кто-то увидит ее так, как я, сводила меня с ума. На самом деле, это сделало меня кровожадным.

- Я хотела, чтобы ты снова захотел меня, - прошептала она, в ее голосе слышалась неуверенность.

Господи, неужели она думала, что я не хочу ее? Она была той, кто помешал нам быть вместе после засады, она была той, кто сказал, что мы можем быть вместе только еще раз. Черт, я любил эту девушку, никогда не наступит время, когда я не хотел бы ее. Неуверенность в ее голосе начала смягчать гнев, бурлящий во мне.

- Детка, я всегда хочу тебя. Никогда не сомневайся в этом ни на секунду, звездочка, я всегда буду хотеть тебя, и только тебя.

Не в силах больше сопротивляться, я накрыл ее рот своим, страстно желая снова попробовать ее на вкус. Она немедленно открыла свой рот для меня, и когда мой язык переплелся с ее языком, моя рука нашла ее щелочку.

Она ахнула, когда я провел пальцем по ее клитору, прежде чем погрузить два пальца глубоко в нее. Бедра Райли начали тереться о мою руку, и было бы так легко доставить ей удовольствие, которого она искала, но моя прекрасная звезда кое о чем забыла.

За то, что она выставляла напоказ то, что принадлежало мне, она нуждалась в наказании.

Прервав наш поцелуй, я уставился на нее сверху вниз со злорадной ухмылкой на лице, ее бровь с любопытством приподнялась.

- Звезда, - сказал я, прижимаясь своим лбом к ее лбу и глядя в ее глаза цвета расплавленного шоколада, полные похоти. - Ты была непослушной девчонкой, демонстрируя свою прекрасную киску, которая принадлежит мне. Ты должна была знать, что будут последствия.

- Кай... - начала она, но я оборвал ее. Как только ее рот открылся, я вытащил пальцы из ее киски и засунул их ей в рот, заставляя ее замолчать.

- Соси, детка, - она на мгновение запнулась, но когда из глубины моего горла вырвалось рычание, она поняла, что лучше не ослушаться. Ее пухлые губки обхватили мои пальцы, и она сильно пососала их, пробуя себя на мне. Ощущение ее теплого рта на мне было невероятным, и внезапно оказалось недостаточно того, что ее губы обхватили мои пальцы. Мне нужно было, чтобы они обхватили мой ноющий член.

Оторвав пальцы от ее рта, мои руки нащупали край пеньюара, и от сильного рывка материал разорвался, обнажая передо мной ее великолепное подтянутое тело. Я никогда не мог насытиться видом обнаженной Райли, она была чертовски изысканна.

Не теряя времени, я выпрямился и сорвал галстук, за которым быстро последовал пиджак. Не потрудившись расстегнуть пуговицы на рубашке, я сорвал ее, разбросав пуговицы повсюду. Следующими были сняты мои брюки и боксерские трусы, и через несколько секунд я стоял на коленях над Райли, обнаженный, с гордо торчащим членом.

Желание вспыхнуло в глазах Райли, когда она посмотрела на мое тело. Взяв галстук, который я только что снял, я схватил ее за запястья, соединил их вместе и туго затянул галстук, чтобы она не могла высвободить руки.

Она ничего не сказала, просто смотрела широко раскрытыми глазами, пока я связывал ей руки. Когда она снова встретилась со мной взглядом, я увидел, как она была чертовски взволнована тем, что ее связали.