— Вольно солдат, — вместо приветствия обратился ко мне мужчина, пока его коллеги уводили гражданских подальше. — Я прошу прощения за этот маленький спектакль, но мы хотели вас сначала подготовить.

— Подготовить? — с лёгким намёком на нервную усмешку переспросил я, по-прежнему охотно изучая окружение.

Нью-Йорк — самый знаменитый город США. Стив вырос в нём. Многое здесь казалось знакомым, но всё равно я чувствовал себя, весьма необычно оказавшись в чужой стране и чужом городе. Да и к тому же в чужом теле. Спасибо хоть с чужой памятью. Что бы я делал без знания английского даже думать не хотелось.

— Вы были в коме, капитан. Почти семьдесят лет. — Ровным тоном заявил Фьюри не сводя с меня взгляда.

Подобное не стало большой новостью. С момента как я очнулся в теле Стива Роджерса я догадался об этом нюансе. Оно и к лучшему. По прошествии столь большого времени среди живых попросту не осталось тех, кто знал оригинального Кэпа. И которые могли бы заподозрить что-то не то в моём поведении. Во всяком случае я надеюсь на это. Пускай подобная мысль и породила укол чистосердечной боли, но ничего поделать с этим я не мог. Эхо чувств оригинального капитана оказалось быстро задавлено в виду множества проблем, так и маячащих на горизонте. Нынешние агенты Щита и Гидры, конечно, тоже могут заподозрить что-то неладное, но я надеялся, что все несоответствия моего характера спишутся на своеобразное путешествие во времени и долгое пребывание во льдах.

Семьдесят лет — срок немалый.

— С вами всё в порядке? — обеспокоенным тоном спросил Фьюри.

— Да, — после недолгого молчания ответил я. — Если так можно сказать о человеке переместившимся в будущее на семьдесят лет… — от последних слов я не удержался от нервной улыбки.

И это не укрылось от зоркого глаза опытного шпиона.

— Полагаю у вас найдётся множество вопросов, на которые я отвечу, но прежде позвольте предложить изменить место для нашего разговора?

Причин для отказа я не нашёл поэтому согласился, да и выбора как такового у меня попросту не имелось.

Меньше, чем через минуту я уже ехал вместе с директором Шита в чёрненькой машине ФБР. Во всяком случае я так думал. Глаза неотрывно смотрели в окно. Разум подкидывал цепочки воспоминаний оригинального Стива Роджерса. Приятного в этом было мало. Из-за характера и тяги к справедливости Стив часто влипал в неприятности из-за чего не раз был бит. В том числе и ногами. Ныне эти воспоминания часть меня и проезжая мимо знакомых улиц я невольно проматывал чужую память в своём разуме. С другой стороны, смотря на улицы Нью-Йорка, я испытывал сложные чувства. Всё казалось таким знакомым и родным, но в то же время присутствовал и неприятный эффект зловещей долины. Это был не знакомый мне Нью-Йорк. Этот город совсем не мой — он чужой.

Посидев в тишине некоторое время, я таки соизволил собраться с мыслями.

Тем временем Фьюри не торопил меня с разговором, выбрав выжидательную позицию. За что честь ему и хвала. Незнакомый человек вёл машину в неизвестном направлении. Наверняка всё это очередная игра — некий план Б — для… для меня. Насколько же сильно я им нужен раз они так хорошо стараются? Ответ только предстояло узнать и что-то подсказывало — мне он ой как не понравится.

— Из моих знакомых ещё кто-то жив? — твёрдым голосом я нарушил тишину салона.

— Боюсь, что нет, — с глубоким вздохом признался директор. — Прошло слишком много времени.

От этих слов я почувствовал чистосердечный укол боли. На душе сразу стало так отвратительно… чувства оригинального Стива вновь дали о себе знать. Пускай знакомые Кэпа для меня являлись никем, но я обладал телом Капитана Америки и это накладывало свой отпечаток. Кто знает к чему это ещё может привести? Пока мне каким-то чудом удавалось держать себя в руках, но будет ли так продолжаться дальше? Не уверен.

— Пегги? — от этого имени сердце забилось чаще.

— Умерла десятилетие назад, — с сочувствием вымолвил Фьюри. — В возрасте восьмидесяти двух лет. В окружении внуков и правнуков.

— …

Боль вновь уколола сердце. Стив сильно хотел сводить Пегги на танцы, но увы судьба распорядилась иначе. С одной стороны, я должен радоваться. Конкретно меня с этой женщиной ничего не связывает, но вот оригинальный Стив… он испытывал к ней довольно-таки сильные чувства. И эти чувства больно резали моё сердце. Только сильная воля — доставшаяся мне, наверное, от самого оригинала — помогала держать себя в руках.

— Ясно… — только и смог ответить я в этой ситуации сопротивляясь собственным эмоциям.

— Вы хорошо держитесь.

Похвала Фьюри была ни к чему. Чувствовал я себя отвратительно, но проблемы… проблемы требовали решения, а многочисленные вопросы — ответов.