Блейк не колебался. Он с неожиданной силой вонзил свои клыки в мою шею, прокалывая кожу. Я ахнула. Боль была мгновенной, острой и горячей. Я чувствовала, как кровь, пульсируя, стекает из моих вен в его рот. Моё тело содрогнулось. Дыхание стало быстрым, неглубоким. Мой разум кричал мне оттолкнуть его, но руки не двигались.

Боль начала утихать. На смену ей пришло что-то похожее на удовольствие. Я подняла руки — но не для того, чтобы задушить его, а чтобы запутать их в его волосах:

— Блейк… — взмолилась я.

— Я тоже это чувствую, — пробормотал он между затяжками. — Мы не можем этого отрицать. Мы и не должны. Никогда ещё не было так хорошо. Теперь ты моя. Всегда.

Клыки Блейка глубоко вонзились в мою шею, его губы крепко прижались к коже, пока он пил. Он не останавливался. Ток моей крови звал его. Что-то менялось. Энергия покидала меня. Моё тело, когда-то согретое жаром, начало холодеть. Я попыталась пошевелиться, попыталась оттолкнуть его, но конечности были слабыми.

— Блейк… — я ахнула.

Он не остановился. Или не мог. Его голод, его потребность казались всепоглощающими. Его хватка на мне усилилась, когда он пил глубже, настойчивее. Моё зрение начало затуманиваться, мир вокруг начал ускользать. Я почувствовала, что моё тело сотрясается. Земля дрожала. Но дело было не только во мне. Камни Драконьего двора дрожали.

Внезапно нас швырнуло на землю, клыки Блейка оторвались от моей шеи, когда наши тела столкнулись с твёрдым камнем. Я закричала от боли, но мой голос был заглушен оглушительным звуком рушащегося камня вокруг нас. Весь двор вибрировал с невероятной силой. Блейк возвышался надо мной, обнимая меня руками и прикрывая своим телом.

— Лежи! — прорычал он хриплым голосом.

— Отвали, — выдавила я, слабо сопротивляясь ему.

Но он не двигался. Неподалёку грохнулся огромный кусок камня, подняв в воздух пыль и обломки. Затем упал ещё один, ударив Блейка по голове. Я закричала, когда кровь начала сочиться из глубокой раны на его лбу, капая на меня. Но он всё ещё не двигался. Его дыхание было тяжёлым, мышцы напряглись, когда вокруг нас посыпалось ещё больше камней.

Среди этого хаоса кое-что привлекло моё внимание. Падающие камни. Каждый из них был чёрным. Земля снова затряслась, на этот раз сильнее. Раздался оглушительный рёв. Я увидела, как расширились глаза Блейка. Но я уже знала, что происходит. Возможно, часть меня знала всё это время.

Я наблюдала, как Блейк повернул голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как каменный панцирь чёрного дракона начал крошиться, а древний зверь под ним зашевелился. Слои камня соскользнули с тела дракона, обнажив гладкую, тёмно-чёрную чешую. Он стряхнул с крыльев обломки, расправляя их с мощным щёлкающим звуком.

С ещё одним оглушительным рёвом чёрный дракон широко расправил крылья, заслонив лунный свет. Зрелище было ужасающим. Совершенно великолепным. Совершенно ужасающим.

Я оттолкнула Блейка:

— Двигайся! Блейк, шевелись! — мой голос был хриплым, отчаянным, и на этот раз он сделал, как я сказала.

Я поднялась на ноги, чувствуя слабость во всём теле. Я слегка покачала головой и шагнула к дракону. Он смотрел на меня в ответ. Существо было огромным. Видеть черепа — это одно, но это было совсем другое. Его крылья были широко расправлены, каждый дюйм покрыт мерцающей чёрной чешуёй — непробиваемой на вид бронёй. Его глаза были глубоко посажены, как у рептилии, и светились в темноте, как угольки. Его голова была длинной, изящной и увенчана тёмными спиралевидными рогами. Он слегка наклонил голову, и его челюсть приоткрылась, обнажив ряды острых, как бритва, белых зубов.

Моё сердце бешено колотилось, но я всё равно делала шаг за шагом по направлению к дракону. Потом я услышала, как он заговорил:

— Спасибо, что разбудили меня.

Я застыла. Он говорил на классическом сангратане, его мысли были обращены ко мне.

— Я не разбудила тебя, — ответила я слегка дрожащим голосом. — Я думаю, возможно, произошла какая-то ошибка.

— Никакой ошибки, — голова дракона слегка наклонилась, глаза сузились, когда он рассматривал меня. Несмотря на его массивные размеры, в его движениях чувствовалась элегантность. — Ты произнесла слова. Ты разорвала связь. Ты вернула меня обратно.

— Я не понимаю… — начала я.

Затем мои мысли вернулись к заклинанию, которое я произнесла в том же самом дворе несколько месяцев назад. То, которое я использовала, чтобы разорвать оковы души.

— Клянусь кровью и дыханием, ночью и небом, — прошептала я. — Я разрываю узы душ.

Дракон слегка наклонил голову:

— «Пусть то, что было поймано в ловушку, освободится и улетит, больше не связан навеки. От сердца к душе, от крови к костям, пусть жизнь вернётся туда, где вырос камень. То, что заперто, теперь улетит, да пробудится душа этой ночью», — процитировал он. — Старые слова. Могущественные.