— Я вполне мог отдать её твоему старшему брату Маркусу, — добавил Виктор, внимательно изучая моё лицо. — Но Маркус всегда был слишком безрассудным со своими игрушками, быстро ломал их. Она слишком ценна для его диких методов. Не говоря уже о… — он внезапно заколебался. Я замер, весь обратившись в слух. — Не говоря уже о том, что мы до сих пор понятия не имеем, откуда эта девка взялась на самом деле.

— Ты всерьёз думаешь, что она может оказаться шпионкой пограничья?

— Дремучее невежество этой девки во многих отношениях казалось искренним, — задумчиво протянул Виктор. — Да и будь она шпионкой, откуда бы она могла явиться? Какой клан умудрился бы годами скрывать наездницу с такой приметной внешностью? Это кажется абсолютно невозможным. Но это ни разу не значит, что она не скрывает больше, чем говорит. У неё нет ни единой причины доверять нам. Зато есть все основания попытаться сделать ноги, — его глаза встретились с моими, прошивая насквозь. — Ей нельзя позволить уйти, Блейк. Никогда.

Я твёрдо кивнул: — Понимаю, дядя. Я лично буду за ней присматривать и позабочусь, чтобы она никуда не делась. — Я на секунду заколебался, а затем осторожно спросил: — Ты упомянул, что в Вейлмаре беспорядки. Насколько я знаю по сводкам, количество убийств на улицах резко увеличилось.

Виктор пренебрежительно махнул рукой: — Подумаешь, смерть блайтборнов. На это легко закрыть глаза.

Он имел в виду, что жизни рождённых мором для Совета регентов — пустой звук.

— Но рождённых мором явно вырезают наши же Высокородные, — вставил я, из последних сил удерживая маску ледяного терпения. — Если мы хотим сохранить тотальный контроль над массами…

— Это всего лишь баланс сил! — раздражённо оборвал меня Виктор. — Мы обязаны официально проповедовать сдержанность черни. За этот цирк мы должны благодарить твоего покойного отца. Его хвалёный «Новый путь», будь он неладен. Что ж, ваше молодое поколение аристократов выросло на этой пропаганде умеренности. Из-за этой херни вы стали слабее.

Ничего подобного мой отец не имел в виду, его реформы преследовали совсем другие цели. Но спорить со стариком я не стал, промолчал.

— Но суровая реальность такова, — продолжил Виктор, хищно оскалившись, — что хищники всегда останутся хищниками. Мы можем копить и подавлять первобытную жажду крови лишь до тех пор, пока это скрытое желание не вырвется наружу сокрушительным ударом.

Я коротко кивнул и медленно направился к массивной дубовой двери, искренне надеясь, что этот допрос наконец подошёл к концу.

— Блейк.

Его ледяной голос заставил меня замереть как вкопанного у самого порога.

— Что касается Энии…

Я сделал глубокий, бесшумный вдох, мысленно готовясь к худшему сценарию. Тягостная пауза затягивалась, давя на нервы физической силой.

— Я сегодня нанёс визит в Святилище, — тон дяди стал вкрадчивым и зловещим. — Передай Энии, что ваша мать шлёт ей привет.

Я молча кивнул, надавил на железную ручку и наконец открыл дверь, покинув кабинет.

Мысли лихорадочно выстраивали новые оборонительные рубежи. Насколько далеко Пендрагон продвинулась на уроках Родригеса за эти две недели? Скорее всего, её бумажные стены пока — курам на смех, и если Виктор решит лично пробить её ментальный контур своей вековой мощью, он сомнёт её Щит за долю секунды, а из неё самой сделает послушную куклу. И тогда пиши пропало. Я костью лягу, но заставлю её научиться защищаться, чего бы мне это ни стоило.

КНИГА 3

ГЛАВА 26 — МЕДРА

Через несколько дней после церемонии посвящения Блейка в Главы Факультета я отправилась на очередной урок по Щиту Рабства. Я искренне надеялась ещё раз тайком заглянуть в древнюю книгу заклинаний.

Я не видела Дракхэрроу с того самого дня на Арене. Он благополучно пропустил наши совместные занятия по усовершенствованному оружию. Впрочем, не то чтобы он действительно в них нуждался.

Блейк убил Корегона на глазах у всей Академии. И это был уже второй раз, когда я видела, как он лишает кого-то жизни. У него это получалось… пугающе хорошо.

Часть меня до сих пор не могла до конца осознать случившееся. Корегон Фири был мёртв. И именно он, как выяснилось, искалечил Вона. Не Блейк. А я слишком поспешно сделала выводы, выбрав самый очевидный ответ. Повела себя как глубая, безрассудная дура.

Иногда я пыталась мысленно оправдать свой поступок. Тот факт, что удары наносил лично Корегон, ещё не означал, что Блейк в конечном итоге не нёс за это ответственность. Скорее всего, он сам приказал Фири приструнить Вона. Не могло такое произойти без его ведома. Я уже достаточно узнала о том, как у Высокородных работает субординация — даже здесь, в школе, — чтобы это понимать.

После дуэли на Арене Родригес предупредил, что меня наверняка вызовут в кабинет директора Кима из-за потасовки на уроке профессора Шанкары. Очевидно, Шанкара уже успел доложить руководству все подробности. Профессор Родригес выглядел почти испуганным, когда рассказывал мне об этом.

Но повестка так и не пришла.