– А как же водитель, которого спас Рунеро? – напомнила Майя. – Ведь он видел, что нас было трое.

– Но лиц не рассмотрел, – вздохнул начальник. – И как эти якобы туристы применяли свои невероятные технологии – тоже не видел. Понимаешь?

– Да, – удрученно кивнула Майя, вскочив со стула. – Вы мне не верите!

– Сядь! – магран стукнул ладонью по столу. – И прекрати скакать по моему кабинету как горная коза. Честное слово, уже голова закружилась.

Майя послушно вернулась на место и, упрямо задрав подбородок, сообщила:

– Я могу составить их фотопортрет.

– Можешь, – согласился магран Остерс. – И составишь. Обязательно. А пока расскажи подробнее, как именно выглядел примененный незнакомцем прибор?

Майя отвернулась, расстроенно пожав плечами. Она и сама лишь краем глаза видела, но что именно, описать грамотно и внятно не могла. Ведь мужчина, который представился Ксандром Прахом, прижал ее к себе, а потом ей показалось, что тьма прямо из его ладони выбралась. Что такое он применил – осталось загадкой. Возможно, мощный артефакт, запросто расправившийся с нечистью, у него на запястье находился?

– Все так быстро случилось, что я толком не поняла, – уныло призналась Майя. – Но тот мужчина похож на боевого мага. И сильный, раз способен на расстоянии управлять артефактом…

– Может, ему помогал второй мужчина, блондин? – попытался помочь ей начальник.

– Скорее, альбинос, – кивнула Майя. – Такого один раз увидишь и уже не забудешь. Очень необычная внешность. Ксандр Прах представил его Марухом. Сказал, что он богат и путешествует ради острых впечатлений. Собирается писать книгу.

– И сделать тебя главной героиней! – весело напомнил начальник, уже дважды до этого слушавший Майин рассказ.

Она с досадой и раздражением посмотрела на маграна Остерса. Тот не выдержал и усмехнулся:

– Прости, не каждый день от тебя можно услышать подобное.

– Про книгу сказал Ксандр Прах, – возмутилась Майя.

– Которого нет в наших базах, – парировал начальник, принимаясь задумчиво постукивать пальцами по столу. – Итак, что мы имеем?

– Проблемы, – буркнула Майя.

– Да уж, – согласился начальник. – Но ничего, разберемся. Не провалились же твои писатели сквозь землю?

– Они не мои, – заметила Майя. – И писатель там только блондин. Второй сказал, что является его телохранителем и помощником. И вел себя очень нагло.

– Если мы их не найдем, всех собак повесят на вас с Кирой, – хмуро сообщил начальник. – Составь фотопортрет как можно скорее и вели разослать по всем отделениям. Пусть патрульные опросят прохожих. Время дорого.

– Есть, – кивнула Майя, поднимаясь. – Разрешите идти?

Магран Остерс махнул рукой, продолжая хмуро смотреть на лежащий на столе отчет. Там сообщалось, что в двадцать два часа тринадцать минут в городе зафиксировано три вспышки, опасность которых росла слишком быстро. А в двадцать три часа три минуты все резко прекратилось. Нечисть, явившаяся в Гарюст, буквально растворилась на глазах шокированных полисмагов и гражданских. Из деталей известно только одно: все свидетели происшествия ощутили сильный холод за пару секунд до спасения. Будто их резко погрузили в морозильник, а затем вынули оттуда.

– Что ты такое? – пробормотал магран Остерс, совершенно не представляя, кто и как мог применить оружие подобной мощи, но отлично понимая: скоро начальство спросит с него по полной. И тогда неизбежно всплывет имя Киры Тисс, ведь только она обладала гением, способным сотворить нечто подобное…

Майя тем временем зашла в каморку художников отдела расследований. Так дело должно ускориться. Одному Майя описывала того, кто представился Ксандром Прахом. Второму – Маруха. Кроме того, в помещение втиснулся еще один сотрудник для фиксации показаний о внешности неизвестных в дела, заведенные этой ночью.

– Определитесь, пожалуйста, с носом, – попросил Майю художник, рисовавший Праха. – Вы говорили, он был прямой, но с горбинкой. И закругленным кончиком?

– Как у орла, – кивнула Майя, припоминая Ксандра. – Короткий и с горбинкой, да.

С блондином было проще, в памяти девушки-полисмага отлично запечатлелись его тонкие, изящные черты лица, а вот с брюнетом вышло иначе. Стоило попытаться воссоздать его образ в голове, возникали странные ассоциации: запах цитруса и хвои, красивая нахальная улыбка, красные искры в глазах, кудри у смуглого лица и… ощущение горячих сильных рук на пояснице.

Майя не могла четко вспомнить лицо Ксандра Праха! Ее подводили сотни навязчивых эмоций, накатывающих помимо воли. В основном это было раздражение. Как она могла не запомнить лица столь опасного мужчины?! Почему не контролировала эмоции рядом с ним?!

– Орлиный нос, значит? – промямлил художник, снова стирая нарисованный прежде. И показал набросок: – Так?

Майя поморщилась, глядя на альбомный лист, с которого ухмылялся кудрявый тип с практически протертой дыркой вместо носа.

Второй художник развернул к ней портрет Маруха.