— Не так. Она — жизнь, но она же и смерть. Никогда не было такой ведьмы, как она. То, на что она способна…

Он сглотнул, и я понял, что этот мужчина не стал бы недооценивать Уиллоу. Его глаза расширились, когда Уиллоу подняла руку, и розовый куст стал еще выше. Лианы вытянулись, удлиняясь, растение устремилось к зданию и взобралось на заброшенную шпалеру. Уиллоу стояла, подняв взгляд к окну, где мы наблюдали, как розы остановились прямо под подоконником.

Намек понял.

Я отвернулся от окна, направляя Кайроса, чтобы обеспечить ей необходимое расстояние. Пока что она может побыть одна.

Потребуется время, чтобы Уиллоу осознала, кем мы являемся друг для друга, какие глубины одержимости она только усилила, подарив мне свою девственность. К тому времени, когда она поймет это, для нее будет уже слишком поздно.

— Кто-то ранил ее прошлой ночью. Думаю, у Джульетты будет ответ, когда я вернусь, — сказал я, приняв его кивок за подтверждение. Возможно, Уиллоу не захочет осуждать тех, кто это сделал.

Но я-то, черт побери, готов.

УИЛЛОУ

33

Грэй наконец отошел от окна, давая мне передышку от ощущения его пристального взгляда. Я вышла в сад, чтобы побыть в одиночестве несколько минут, погрузиться в единственное, что имело для меня смысл.

Природа была постоянна. Она бурлила и текла, но сила ее всегда оставалась в земле, ожидая, когда что-то вытащит ее на поверхность.

Ждала, когда кто-то полюбит ее, чтобы она смогла полностью раскрыть свой потенциал.

Куст розы вонзил стебель в землю, один лист образовал чашечку, зачерпнув немного грязи. Подняв его к моей руке, она опустила грязь в мою раскрытую ладонь и позволила ей залечить рану, которую я нанесла, чтобы дать им новую жизнь.

— Bene facis, — прошептала я, проведя кончиком указательного пальца по острому краю листочка.

Я поднялась на ноги и, улыбаясь, отошла от той части сада, которую я уже вернула. Я не допущу, чтобы махинации Сюзанны по загрязнению земли продолжались. Я сделаю все возможное, чтобы сохранить то, что действительно было невиновно в ее преступлениях. Я прогуливалась по садам, теряя счет времени и позволяя своим мыслям блуждать. Я не знала, что означает прошедшая ночь для будущего моего долга, смогу ли я найти кости, если Грэй поможет мне, как он сказал.

А если бы он помог?

Смогу ли я после этого повернуть назад и не уничтожить его?

Я смотрела в сторону школы, косясь на камни здания и проводя пальцами по абразивной поверхности. В этих стенах царили зло и коррупция. Этого нельзя было отрицать.

Но была еще и Делла, с ее добротой и состраданием, которые она проявила ко мне, когда я сорвалась в ночь Жатвы. Она была гораздо терпеливее, чем нужно, и никогда не требовала от меня дополнительной информации, чтобы удовлетворить свое любопытство.

Она была другом, когда я больше всего в нем нуждалась.

Был Ибан, с его спокойной непоколебимостью и флиртом. Ибан, который был так полон решимости найти любовь всей своей жизни, что отказался от огромной части своей сущности.

Марго, которая страдала и не любила, когда к ней прикасались, но никто никогда не учил ее, что если в основе ее магии лежит желание, то это не значит, что она должна в нем участвовать.

Была коррупция, но были и порядочные люди, которые не знали ничего лучшего и не понимали, к каким последствиям может привести Ковен.

Шея заныла, заставив меня повернуться лицом к тропинке. Волосы на руках встали дыбом, предупреждая о приближении чего-то непонятного. До приезда в Кристальную Лощину у меня никогда не было таких чувств.

Я никогда не чувствовала приближения вещей и не видела прошлого во сне. Я задавалась вопросом: может быть, дело в близости к костям, может быть, даже их присутствия было достаточно, чтобы мои способности в какой-то степени вышли на поверхность?

Не физические, а внутренние магические.

Приближение костей половины Ковенанта выглядело так, словно я вызвала ее своими мыслями. В ее челюсти было что-то такое напряженное, что у меня по коже поползли мурашки.

— Сюзанна, — осторожно сказала я. Я не забыла, что она сделала в последний раз, когда мы остались наедине.

То, что она угрожала сделать.

Но эти сады были моей территорией, и розы качались на дорожке, не давая ей добраться до меня.

— Сегодня я не намерена причинять тебе боль, Уиллоу, — сказала Сюзанна, как будто я была для нее назойливой проблемой, от которой она собиралась избавиться.

— Тогда чего же ты хочешь? — спросила я, махнув рукой.

Розы убрались обратно в свои клумбы, оставаясь наготове, если Сюзанна передумает. Моя кровь здесь была настолько свежей, что они защитили бы меня даже без моей просьбы.