Буквально пару дней назад они опять поругались и Леран, при виде Лии, мрачно свел брови на переносице и лишь одними губами произнес «Раздражающая мелочь». Она прищурилась и в ответ показала ему язык. Отец такое поведение не одобрил бы, но Леран слишком сильно раздражал Лию. Как и она его.

Отвернувшись, Лия взглядом окинула других альф и омег. Пока взглядом не зацепилась за Него.

Коул Асманд. Он был немного не таким, как на фотографии. Волосы немного длиннее и он оказался выше, чем Лия предполагала.

Лия застыла. Уставилась на него.

Словно что-то почувствовав, Коул тоже обернулся и посмотрел на нее.

Лия увидела его практически полностью белые глаза и, чувствуя холодок прибегший по спине, поняла, что тогда ошиблась. Коул точно не был слепым. Каким-то образом она понимала, что он сейчас смотрел на нее.

Вокруг шумели голоса. Зал наполнялся людьми, а они так и стояли, смотря друг на друга. И в этом зрительном контакте что-то вспыхивало. Мощное. Похожее на детскую неприязнь. И еще на что-то.

А еще тогда Лия поняла, что она никогда в этом не признается, но глаза Коула ей показались красивыми.

Глава 31 Нравишься

- Знаешь, о чем я сейчас думаю? – спросила, опуская взгляд на свои связанные запястья. Кожа под ремнем сильно покраснела. – Я вспоминаю те годы, когда мы дружили.

- Мы никогда не дружили, Тьери.

- Правда? Тогда, что у нас началось в пятом классе? – я перевела взгляд на Асманда. – Мы тогда нормально общались. И, если бы у нас в те годы возникла какая-нибудь совместная проблема, мы бы ее решили. Не стали все усугублять так, как мы это делаем сейчас.

- Наивная, глупая омега, - взгляд полностью белых глаз Асманда прожег до основания. Было в нем что-то такое, что заставило напрячься каждую частичку тела.

Я ногтями сильно провела по мягкому подлокотнику кресла.

К чему Коул это сказал? Он считал, что даже в те годы мы не смогли бы договориться? Или он давал понять, что между нами и правда никакой дружбы никогда не было?

Насчет дружбы я не могла с ним сильно спорить.

Может, ее и правда никогда не было?

У нас имелись целые годы, когда мы более-менее нормально общались. Но мы это делали исключительно в заброшенном здании бывшего корпуса музыкальных классов. И виделись мы там не сильно часто. Примерно пару раз в неделю. Иногда всего лишь на час. Иногда на несколько. В крайне редких случаях мы там засиживались до вечера.

Даже в заброшенном корпусе наше общение было весьма натянутым, но мы хотя бы разговаривали, чего никогда не делали в классе при наших одноклассниках.

И, несмотря на временами вспыхивающие между нами конфликты… Я до сих пор помнила те редкие случаи, когда мы общались так, словно не являлись частями враждующих семей.

Как-то Коул смотрел на телефоне обучающее видео. Я сидела в другом конце комнаты и читала книгу, но прислушивалась к голосу, тихо звучащему из динамика. В итоге, слишком сильно заинтересовалась. Начала крутиться рядом с Асмандом, пока не решила вовсе сесть рядом с ним за стол и взглядом упереться в экран его телефона.

Кажется, в том видео говорилось про древние цивилизации.

Тогда Асманд меня не прогнал и со временем у нас вошло в привычку сидеть рядом друг с другом и что-нибудь смотреть у него на телефоне.

В восьмом классе мы чаще всего сидели на ступеньках второго этажа заброшенного корпуса. Я туда утягивала Коула так как между пролетами были окна. Можно было смотреть на парк, расположенный за школой. Как раз начался сезон дождей и зрелище было по-настоящему красивым.

Стук ливня об огромные окна, виднеющиеся в парке высокие деревья, которые так сильно трепал ветер и звук видео, которые мы с Асмандом смотрели на его телефоне.

И тогда мне казалось, что мы действительно дружим. Я ведь все это могла посмотреть и на своем телефоне. Или вовсе дома на большом экране.

Но делать это с Асмандом было как-то интереснее.

И еще ранее, наверное, в пятом классе, был один случай. Альфа из девятого класса, забрал у меня значок. Мой самый любимый.

Как же я тогда ревела. Но, естественно, делала это в заброшенном корпусе. Я не хотела, чтобы кто-то знал о том, насколько сильно меня зацепило лишение этого значка. Я ведь вернуть его не могла. Разве что, если бы пожаловалась учителю или отцу, а делать этого нельзя.

В таком состоянии меня увидел Коул. Он ничего не спрашивал. Я в любом случае ничего бы не сказала. Вообще отвернулась от него и сделала вид, что просто смотрю в окно. Боже, как же я тогда ненавидела всхлипы, которые предательски выдавали меня.

На следующий день Коул вернул мне значок. Это, наверное, было одним из самых огромных шоков в моей жизни.

Асманд был избит. Сильно. Костяшки разодраны. На лице начали проступать синяки. Но, как я позже узнала, тому девятикласснику тоже значительно досталось.