Я не сразу поняла, что услышала. Это же…

Мама не могла этого сказать.

Застыв, я некоторое время смотрела на нее, затем спросила:

- Ты шутишь?

- Я бы не стала так шутить. Солнышко, для нас это не было простым решением, но, если Митчал получит твои акции, нам это даст дополнительный голос, а сейчас это очень важно.

Уголки моих губ дернулись. Я хотела что-то сказать, но не понимала, что именно, ведь казалось, что мама только что камнем меня ударила по голове, а затем плюнула в лицо. Я не могла собрать свои мысли.

- Ты не можешь… Я не разрешаю, передавать мои акции кому-либо другому.

Мама некоторое время смотрела на меня, затем качнула головой.

- Лия, это для твоего же и нашего блага.

- Какого еще блага? Эти акции мне передал отец. Никто и никогда у меня их не заберет.

- Формально, пока тебе не исполнилось двадцать пять, они принадлежат мне, - напомнила мама. – Я могла бы по своему усмотрению сделать так, как хочу. Поступить так уже сейчас, но я не хочу, чтобы ты потом обижалась на меня. Мне важно донести до тебя, что так будет лучше для всех.

- Обижалась? – спросила, чувствуя, как все в груди содрогалось. Боже, как она могла? – Ты действительно считаешь, что я просто «обижусь», если ты отберешь мои акции?

- Я не отбираю. Пожалуйста, Лия, услышь меня. Твои акции могут послужить во благо компании и…

- Сейчас нет никакой критичной ситуации, чтобы требовался еще один голос. Я не знаю, что они тебе сказали, - я указала на Девида и Митчала. – Но, мам, не смей кому-либо отдавать то, что мне подарил отец. Это мое.

- Да почему же ты такая упертая? Лия, ты омега. Ты выйдешь замуж и родишь детей. Делами компании должны заниматься альфы. Ты же должна будешь смотреть за своей семьей. Из-за своих непонятных желаний и упрямства ты вредишь нашему бизнесу.

- Врежу? Боже, какая же ты… глупая.

Черты лица мамы исказились так, словно я дала ей пощечину.

- Лия, как ты смеешь так со мной разговаривать?

- Никогда и ни за что не смей отдавать мои акции. Ты не вправе отдавать сыну своего нового мужа то, что мне оставил отец. И, если ты все еще считаешь меня своей дочерью, ты этого не сделаешь.

Я поднялась и, несмотря на то, что мама пыталась меня остановить, пошла прочь, давая понять, что разговор окончен.