Невольно обернувшись, я увидела, как в мою сторону скачут четверо всадников в каких-то странных старинных одеждах и высоких шапках.

Не понимая, что происходит, но инстинктивно чувствуя, что оставаться на месте опасно и надо действительно бежать, я подхватила грязную юбку и со всех ног бросилась вперёд.

— Держи девку! Ату ее! — продолжали громко горланить всадники.

Я побежала. Не понимая, откуда взялись силы, я почти выпрыгнула из овражка и устремилась в лес, который виднелся впереди. Но погоня длилась недолго.

Неожиданно около меня появился всадник, видимо, один из преследователей. Поравнявшись со мной, он быстро наклонился и прямо на скаку ударил меня по плечу концом хлыста. Я тут же споткнулась и осела на землю, чувствуя, как заныло плечо от его грубого удара. Он мигом осадил коня и спрыгнул на землю. В три шага добрался до меня и, как-то по-звериному и кровожадно оскалившись, протянул ко мне руку в перчатке. От него исходила опасность и что-то тёмное.

Не раздумывая, я инстинктивно дёрнулась вверх. Выкинула вперёд руку и со всей мочи саданула его кулаком по бородатой мерзкой морде. Приёмы рукопашного боя из прошлой жизни были неотъемлемой частью меня. К моему удивлению, мужчина оказался хлипким, и от моего выпада упал наземь. Видимо, точность удара и внезапность сыграли свою роль.

Я бросилась бежать дальше, но рядом оказался уже второй всадник.

— Не убежишь, дрянь! Сегодня ты добыча! Иди сюда!

Он попытался схватить меня на бегу, но я ловко увернулась. Он резко осадил коня, и я решила воспользоваться моментом. Я знала, что надо делать: все военные навыки ведения боя вмиг всплыли в моей памяти, и я действовала на рефлексах, желая только одного — спастись от этих дикарей.

В следующий момент я схватила нападавшего за длинный кафтан и со всей мочи дёрнула к себе. Мужчина не удержался и, вылетев из седла, грохнулся на землю. Но не разбился, а тут же вскочил на ноги и вытянул из-за пояса длинный нож. Но не успел ничего сделать. Я, ощущая в себе неистовую силу и бешенство, двумя умелыми ударами выбила у него нож и пригвоздила его ладонь этим самым ножом к земле. Он жутко взвыл, а я быстро выпрямилась, ощущая, что другие всадники уже рядом.

Я отскочила от поверженного гада и побежала дальше. В ушах бешено стучала кровь, и я всё ждала, что сон кончится. Но он никак не кончался. Со свей дури вонзала ногти себе в ладонь и чувствовала боль.

— Это не сон, — поняла я наконец.

Наконец достигла леса и бросилась в гущу кустарников. Ловко пробралась через них, я бежала все дальше, оглядываясь по сторонам и ища где спрятаться. Ведь бегать от всадников по лесу глупая затея. Быстро поймают.

И тут я увидела небольшую избушку, похожую на сторожку лесника, и бросилась к ней. Подумала, что там точно можно будет спрятаться и переждать погоню.

Мне не повезло. Уроды, что ловили меня, оказались в сторожке спустя пять минут. Злые, ожесточённые и лихие. На потных лицах читалось гнусное, опасное выражение. А тот, кого я ударила ножом, перематывал на ходу руку куском ткани и цедил:

— Убью, стерва!

Похоже они видели, что я сюда забежала. Что ж лоханулась я, видимо теряю прежние военные навыки.

Но я не собиралась становиться их жертвой. Характер был не тот.

Быстро разбив крынку, стоявшую на столе в сторожке, я выставила острый большой осколок перед собой и пригрозила:

— Лучше не приближайтесь!

Мои слова вызвали дружный хохот бородатых молодых мужиков. Их было всего трое, похоже четвертый, которого я приложила по морде, так и лежал там на земле.

Они, словно лютые звери, все сужали круг, приближаясь все ближе ко мне. Я же продолжала пятиться, но точно не собиралась сдаваться этим отморозкам. А они явно были ими. Напасть на беззащитную женщину и гнать ее, словно зверя, — они точно были нелюдями. А с такими у меня был разговор короткий.

В тот момент, когда один из них бросился на меня сбоку, я умело полоснула черепичным осколком по его физиономии, но только оцарапала ее, потому что на меня сверху накинули веревку. Вмиг стянули мои руки и тело веревкой, я невольно выронила осколок.

Главарь уже навис надо мной. Жестко схватил меня за подбородок и обдал винным перегаром.

— Ну чего, Славка, думала, сбежишь? — прохрипел мне в лицо вонючий боров в грязном кафтане с меховой опушкой. — А не вышло!

Я непокорно дернула головой, скидывая руку наглеца со своего лица.

— Надо проучить ее как следует! Она Яшека ранила и Гдыню сознания лишила.

— Проучим, — злобно оскалился мне в лицо второй.

— Что вам надо? — процедила я непокорно, дергаясь в веревках, которые сплетали мои плечи и руки.

На удивление, я говорила на каком-то другом языке и всё понимала.

— Знаешь чего, — прохрипел в ответ главарь-боров, отстёгивая с пояса перевязь с оружием и кидая ее на земляной пол сторожки. — Раз твоя хозяйка не хочет быть моей женой, значит, с тобой развлекусь, хромая! Я уже сказал.