Подъехав к коровнику, спрыгиваю с трактора первым и подаю ей руку.
Коровы не терпят, когда к ним на дойку опаздывают, поэтому подняли такой крик, что хоть уши затыкай.
Семён, мой работник, уже включил один аппарат и доил Маньку, четвёртую по счёту.
Бросив городскую посреди базы, я рванул к своему доильному аппарату, быстро промыл его, сполоснул вымя у ближайших двух бурёнок и уселся доить.
Пусть сама себя пока развлечёт, у меня работы дохерища!
Потом обратил внимание, что коровы не стоят спокойно, тянут куда-то головы…привстал со стульчика и увидел Елизавету, пытающуюся их погладить между рог…теперь мне стало понятно их поведение, такой красотищи они сроду не видывали!
Через час мы с Семёном закончили и встретились на середине.
- Иваныч, а это что за пеструшка? Ты никак девушку себе, наконец-то, заимел?
- Чур меня чур, ты что, Семён, в шары долбишься что ли…разве это может быть девушкой фермера? – мне хотелось треснуть его полным подойником, чтобы ерунды не городил.
- Ну, в истории разные случаи бывали…, - прячет улыбку старый. – Любовь, как известно, зла…полюбишь и вот такое…
- Да иди ты!
- Вася! – и почему от её нежного голоска, произносящего моё имя, у меня в груди начинает разрастаться что-то большое и доброе…- Как здесь прикольно! Я даже и не знала, что оттуда у коровы молоко бежит! А сколько вёдер она даёт? А можно в следующий раз я тоже попробую?
- Замараешься ещё, - пытаюсь отговорить, не хотелось бы потом нытьё её слушать.
- Ну всё, решено, в следующий раз я этой штукой доить буду, а через сколько дней ещё это будет? – сколько дней…да девочка вообще ёбнутая на всю голову…
- Дойка будет вечером, в семь, - вижу, что удивилась несказанно.
Некогда с ней мне болтать, надо телят напоить, у меня их десять. Налив в ведёрки по три литра молока, ставлю каждому телёнку в его отсек, они уже знают, ждут и быстро начинают пить, подняв вверх хвосты.
- Ой, какие они маленькие, какие хорошенькие…, - присела перед одним, а малой поднял голову от ведра, да как фыркнет, брызгая молоком прямо на розовую рубашку. – Фу!
Рванула от клетки да прямо в слегка подсохшую лепёху коровьего говна, да своими новыми розовыми кроссовками…война и немцы, короче…до самых шнурков…
- Там в тракторе сапоги стоят, можешь переодеть…
Большие глазищи слезами наполнились, того и гляди прольются.
- Оно же воняет! Я в дом! Покажи в какую сторону идти.
Бедная, понятно же, что для девушки это непереносимый стресс…как же она теперь…психолога у нас в округе отродясь не было.
- Вот по этой дороге иди, он за поворотом, - вывел из базы, повернул её в нужном направлении и указал на дом. – Иди лучше вещи свои разбери, можешь обед приготовить…
Глянула, как на дурочка, и пошлёпала к дому, периодически останавливаясь и осматривая свои ботики…хорошо, что в лаковых туфлях сюда не пришла, вообще умора была бы.
- Шеф, говорят, что ты женился, - слышу сзади голос Марьяны, это она с Семёном коров доят, просто сегодня отпросилась на два часа…видная девка, в теле вся…и глаз на меня имеет. – Говорят страшная и придурковатая малость.
- Кто это тебе такое мог сказать, коровы что ли нашептали? – поворачиваюсь и сразу взгляд падает на её необъятную грудь, выставленную на показ так щедро, что того и гляди выпадут из своего укрытия. – Прикройся немного, а то бык не выдержит такой красоты, ещё прыгнет.
- А ты прыгнуть не хочешь? Или тебя только такого типа женщины привлекают?
- Только такого…так, Марьяна, работать иди! – что за бабёнки сейчас пошли, мы для них, как добыча…поставила себе цель и не видит препятствия.
- Ой какие мы строгие…люблю, чтобы пожёстче! – совсем распустилась, один раз на сеновале чуть не чпокнул её, так теперь думает, наверное, что я на крючке…бог миловал, удержал от чумы…надо что-то с этим делать, все рамки уже переходит.
- Смотри, чтобы моя невеста тебе все волосы не выдрала, она у меня знаешь какая ревнивая…лучше другую кандидатуру себе для обожания выбери.
Фыркнула, развернулась и рванула в сарай, не забывая при этом вертеть своим толстым задом…разрази меня гром…
Правильно, пусть думает, что я на Лизе жениться хочу…
Предлагаю вам новинку от прекрасного автора Лии Малининой
Войдя в комнату переговоров, мой взгляд тут же остановился на человеке, сидевшем во главе большого прямоугольного стола.
«Бежать!» — вопило моё подсознание, в то время как ноги приросли к полу и отказывались двигаться с места.
Мужчина поднял на меня тяжёлый взгляд своих невероятных серых глаз, в котором отражалась вся буря эмоций, которые сейчас кипели внутри: сначала узнавание, затем злость и, кажется, презрение.