Он был женат целых восемь лет. Блестящий врач-репродуктолог. Хорош собой. А с этого года еще и совершенно свободен.

– Добрый день, дорогие коллеги. У меня есть тост.

Открытая улыбка, глубокое, будто тронутое печалью лицо, но при этом лучистый, светлый взгляд (точно как у героев Толстого, живших в начале девятнадцатого века).

Все, что есть в Денисе, цепляет с первой минуты и требует участия. Причем цепляет зачастую навсегда. Когда я впервые его увидела, а это было третье сентября первого курса, во мне будто что-то загорелось, а потом ухнуло вниз.

Возможно, это была душа.

Денис спросил, знаю ли я, какая сейчас пара. Разумеется, я знала. Так мы и познакомились. Когда он женился, все девочки, даже те, кто состоял в крепких отношениях, немного расстроились.

Становится тихо. Денис произносит речь. Немного рассказывает о своей специализации, остроумно шутит об учебе. Он прекрасно выглядит – эффектно, но не так напыщенно, как, например, спонсор сегодняшнего вечера.

Не зря я приехала.

– …И в завершение хочу сказать главное: уже два года я веду прием в «Эккерт-про». Это стимуляции, пункции, переносы эмбрионов – вся та ежедневная работа, без которой в нашей специальности не бывает чудес. За это время более ста семей получили то, о чем мечтали, – ребенка. Для нас это не просто цифра. Это сто историй, сто маленьких побед, за каждой из которых – месяцы напряженной работы команды и доверие пациентов.

Зал взрывается аплодисментами.

Я тоже громко хлопаю, думая о том, что идти в репродуктологию – правильный ход. Денис молодец.

Если я вдруг заберусь на сцену и заявлю, что благодаря уникальному подходу мы с Марфой Григорьевной (моей бывшей начальницей) сократили уровень послеоперационных циститов в три раза (!), вряд ли услышу столь же бурные овации.

Эккерт стоит в первом ряду, я вижу его, потому что тоже стою в первом ряду, только с другой стороны.

Идеальная осанка, серьезный взгляд. Он неотрывно следит за Денисом все с той же сухой улыбкой. Слева от него стоит декан, справа – известный хирург Столяров. И уж точно никто в этом зале не поверил бы, что пару часов назад мы спорили о разврате в кладовках.

Словно почувствовав внимание, Тимур переводит взгляд на меня. А я – на Дениса.

Спустя полминуты Эккерт все еще изучает вырезы на моем платье.

Полминуты – это очень долго. Попробуйте засечь с секундомером.

Я кожей его неуместное внимание чувствую, да и Лиза, словно в подтверждение, толкает в бок.

Однажды, на первом курсе, Тимур попытался меня поцеловать. Это случилось в баре, он был пьян и вряд ли помнит – по крайней мере, никогда не доказывал обратного и не совершал новых попыток.

Ему тогда было все равно, кого целовать, я просто оказалась рядом. Испугалась! Эккерт физически сильнее, и благодаря звездным родителям ему ничего бы не было. Сюрприз: не все врачи лапочки.

Теперь, когда я вновь нахожусь в уязвимом положении, мне следует быть осторожной.

Лиза опять толкает локтем, и я шепчу:

– Да вижу я, вижу. Что ему надо?

Глава 4

Денис продолжает:

– Опыт совместной работы показал, что у нас совпадают взгляды и подходы к медицине. Поэтому мы приняли решение открыть новую клинику репродукции и женского здоровья. В ней соберется мультидисциплинарная команда и будут применяться современные протоколы ВРТ, что обеспечит высокий стандарт безопасности для пациенток. Мы хотим, чтобы каждая семья, которая придет к нам за помощью, чувствовала уверенность, что здесь делают все возможное для рождения здорового ребенка.

Он представляет будущего главного врача – Романа Эккерта, старшего брата Тимура, после чего на сцену выходят они оба, и все трое говорят о будущем медицины так, будто презентуют новый айфон.

Слово берет Тимур:

– Мы заканчиваем ремонт, готовимся к открытию и, разумеется, расширяем команду. Вакансии будут опубликованы официально, но коллеги, которые всерьез заинтересованы, могут связаться со мной напрямую уже сейчас.

На этих словах Мирон снова фыркает.

Представительница новой клиники – безусловно шикарная блондинка – раздает буклеты, больше похожие на рекламные брошюры сети отелей, а не клиник. И я ощущаю себя в центре мыльной оперы.

– Ну конечно, они спонсировали мероприятие не просто так! Пытаются переманить кадры! – заявляет Мирон, когда мы возвращаемся к фуршетному столу. – Не ожидал от Дэна.

– Никто просто так врача не покормит, – вздыхаю я, запихивая в себя корзиночку с креветкой. И добавляю с набитым ртом: – Это не вечер встречи, а рекламная акция.

– В медицине давно все решают бабки. Ты либо раскручиваешь пациента на ненужные анализы и процедуры, либо выметаешься.

Я проглатываю и, прочистив горло, говорю строго: