- Ну… - Амаль призадумалась. - Пару лет назад. До нашей деревни новости дошли не сразу. А вот когда король Иллай пошел на Килденгард, тут гудело все королевство.

Демоненок недооценивал свою деревню. На небеса новости приходили еще позже.

- Король Иллай ходил на Килденгард? Зачем?

- Чтобы сменить власть и заключить мир. Народ болтает, что он ни одной капли крови не пролил.

- И кто теперь правит в Килденгарде?

- Королева Фредерика Деналь.

- Я понятия не имею, кто это. На троне же Альберт сидел? Это его дочь? У него вроде не было детей!

- Боги, Альберт помер давно, - Амаль обернулась и смерила Хинтару вопросительным взглядом. - Ты не знала?

- Нет. Килденгард не моя вотчина. За ним наблюдает Ита’эль. Владычица неба, грома и молний.

Хинтаре полагалось следить за Авалькиной. Эльфийскими землями, где такое творилось, что проще было утопиться, чем разруливать этот бардак. Поэтому она махнула рукой и давно не смотрела за тем, что там происходит.

- Фредерика - внебрачная дочь Гордона Деналя, - просветил ее ребенок. - Гордон Деналь - брат Альберта.

- И каким образом корона досталась внебрачной дочери этого вашего Гордона?

- Король Иллай ее на трон посадил. Она присягнула ему на верность. Так что сейчас Килденгард, считай, часть Эльсинора.

- А кто правит в Авалькине?

- Король Феанор Элларинаэ.

Хинтара чуть с дракона не свалилась:

- Феанор? Его же убили!

Сколько там лет этот эльф провел в садах Накиры? Десять? Больше? Она же видела его своими глазами! Ладно принц Сой’ле! Он до владений богини смерти просто не дошел! Из междумирья можно вернуться. Но тому, за кем захлопнулись врата, выхода нет!

Амаль пожала плечами:

- Вроде как да… И вроде как… Нет. Ой, смотри! Перевал Гарне! Сой’ле, нам туда! Деревня прямо за перевалом!

Зверь заурчал и пошел на снижение, а Хинтара сидела и хлопала ресницами, переваривая информацию. Страх как-то отступил на второй план. Высота - ничто по сравнению с тем, что из садов Накиры кто-то сумел выбраться.

Врата ведь создали не просто так! То, что из-за них Гарон и его крестьянка не могли валяться в койке сутки напролет - это лишь приятный бонус. Предназначение врат в другом. Накира была слишком сердобольной. Недели не прошло с того момента, как эта девица вознеслась на небеса, а она уже успела вернуть к жизни семерых смертных! Просто взяла и отправила их души обратно! Врата должны были сдерживать этот аттракцион невиданной щедрости, и Хинтара не сомневалась, что ее творение совершенно. Мышь не проскочит, не то что душа… Но душа Феанора проскочила!

В голове роилось столько мыслей и предположений, что она не заметила, как дракон приземлился, а Амаль спустилась на землю.

- Хинтара! - окликнул ее демоненок. - Ты заснула? Слезай! Прибыли!

- Что? Ой! Сейчас.

Хинтара перекинула ноги на одну сторону и скатилась по крылу, развалившись на мягкой пушистой траве. Зверь довольно мурлыкнул и сменил ипостась. На Сой’ле был все тот же черный камзол, расшитый серебряной нитью, черные брюки и сапоги до колен. В этом наряде он расхаживал весь день.

- Почему твои вещи не порвались?

- Это специальная форма для оборота, - принц протянул ей руку. - Вставай. Скоро стемнеет.

- Вот объясни, - Хинтара нехотя поднялась на ноги. - Дракон - это оборотень или нет?

- Извечная дилемма. С одной стороны, можно сказать, что оборотень, - в доказательство слов Сой’ле у него за спиной появились крылья. Точь-в-точь, как у его дракона, только меньше в разы. - Мое тело меняется. Зрачки, чешуя и прочие прелести. С другой… У зверя есть мысли, чувства. Если вкратце, то это как будто кто-то живет у тебя в голове. Хочешь ты съесть пирог со сладкой начинкой, а он не в духе, и приходится есть мясо. Дракона можно отсечь, и он найдет себе нового хозяина. Так поступили с Ладой Ол’кейне. Эта женщина устроила взрыв во дворце, где погибла моя мать. Ладу заточили в темницу, а дракона отсекли. Грубо говоря, разделили их сознание. Оба живы. А оборотень не может лишиться зверя. Он и есть зверь. Ну что, ребенок. Показывай дорогу.

- Чего тут показывать. Три дома, две таверны.

Амаль взгрустнула. Вероятно, воспоминания о жизни в деревне захлестнули ее с головой. Сой’ле быстро уловил смену настроения и взял демоненка на руки:

- Не переживай. Пока я рядом, никто не посмеет тебя обидеть.

Крылья принц почему-то не убрал, а вдобавок и зрачки сменил на драконьи. Черный дым коконом окутал его и Амаль.

- Решил всем показать, что ты демон?

- Конечно. Пусть знают, что дерзить мне не стоит, как и бросаться с вилами. Не то сожгу всю деревню.

В таком виде, с дымом и крыльями, Сой’ле казался еще старше. Хинтара не удержалась:

- У вас в семье все рано взрослеют? Ты прости, но на восемнадцать ты не тянешь. Хотя, думаю, для мужчины это скорее комплимент.

Краем глаза она заметила, что за ними наблюдают. В окне ветхой избушки мелькнули две физиономии, но выйти на улицу никто не решился.