– О-о-ох, это ты меня прости, Кио, – внезапно простонал Олсандер и буквально рухнул на низкое кресло, в бессилии откидываясь на спинку. – Я просто зол. Зол до дрожи! Вот и срываюсь на тебе… В бюджете дыра размером с китовый провал, рыба исчезла, словно её смыло приливом, на горизонте маячит конфликт с эльфами, а про засуху на Большой Земле вообще молчу. – Он тяжело вздохнул, будто пытался переварить собственные слова. – Катэль не пойми с какого перепугу наобещал оборотням, что мы им поможем!

Олсандер стиснул подлокотники кресла, будто те могли удержать его от того, чтобы разнести всё вокруг.

Этот переход на «ты» дал драконице понять, что больше они не принц и подчинённая, а старые друзья детства Олс и Кио, которые тайком летали по ночам на Коралловый Риф, чтобы посмотреть, как тот светится прямо под толщей воды. Киора выпрямилась, подошла к принцу и села на пол на ближайший футон. На долю секунды она задумалась, имеет ли право дотронуться до запястья мужчины, тем самым выразив моральную поддержку. Она даже подняла руку, но прикусила губу и тут же опустила её обратно.

Олсандер слыл при дворе самым любвеобильным из всех семи принцев Аккрийских. Высокий, статный, черноволосый, с чуть насмешливой улыбкой и глазами цвета ночи, он с лёгкостью очаровывал женщин одним лишь взглядом. Привыкший к женскому вниманию и неприкрытому восхищию, он совершенно точно не дёрнулся бы и не стал убирать руку, но… на один короткий миг Киоре показалось, что её жест мог бы быть истолкован неправильно, словно она и правда пытается затронуть нечто большее, чем просто рукав его кимоно.

Рисковать их отношениями драконица не хотела. Хватит уже и тех сплетен, которые о них витают по Огненному Архипелагу, ведь все в курсе, что Киора регулярно ночует во дворце по приказу Олсандера Аккрийского. Сам же принц не заметил ту небольшую заминку, которая возникла в движениях подруги детства.

– Тебе не за что извиняться, Олс, – произнесла Киора, вздохнув и переходя на короткое имя – такое, каким разрешалось пользоваться лишь самым близким. – Я действительно не справляюсь, хотя и дала тебе клятву служить верой и правдой. Обещаю, что буду стараться впредь не разочаровывать тебя.

Стоило этим словам сорваться с губ драконицы, как Олсандер нервно хрустнул суставами. Подруга детства всё сказала верно – она дала клятву ему. Не государству, наследному принцу Катэлю и даже не драконьему племени, а ему лично. И эта клятва была произнесена почти десять лет назад… после прорыва Мёртвых душ и смерти Родерика. Это была их общая тайна.

– Спасибо, что сохранил мне жизнь, – прошелестела Киора, очевидно тоже вспомнив события почти десятилетней давности.

Олсандер растёр ладонями лицо и резко выдохнул.

– К сожалению, это всё, что я мог сделать… И отношение к тебе в драконьем обществе… Я понятия не имею, как что-либо изменить.

– Олс, поверь, – голос Киоры дрогнул. Они очень редко говорили о чём-то кроме работы, а вот так, по душам, – чуть ли не впервые с тех пор, как она стала вдовой, – я безгранично тебе благодарна за возможность быть сейчас со своими детьми.

– Да, кстати, как они? – спросил принц, вспомнив шаловливых деток подруги детства. – Юми, Сём, Рём и… – он щёлкнул пальцами, пытаясь вспомнить имя приёмыша-сирены, – Теон, кажется, да?

– Да. – Драконица невольно улыбнулась, но тут же погрустнела, вспомнив письмо с угрозой старшей леди рода отобрать их. – Они замечательные, я счастлива, что они у меня есть. Ну и на острове нас никто не донимает.

– То заклинание, что ты придумала, всё ещё работает?

– На людей и низших оборотней. Они не задаются вопросами, почему дети год от года не меняются, а вот драконы, увы, всё понимают. Отсюда, конечно, и сплетни…

Принц хмыкнул. Подруга детства обладала сильной магией. Десять лет назад смерть мужа стала для неё таким эмоциональным потрясением, что в стремлении хоть как-то облегчить душевную боль она умудрилась окутать туманом забвения целый остров. Заклинание имело интересный характер: оно притупляло воспоминания и, как выяснилось позднее, напрочь отбило желание у людей интересоваться делами драконицы. Люди, проживающие на Морском Лотосе, прекрасно себя чувствовали, рыбачили, торговали и очень редко вспоминали, что земля принадлежит драконам. Собственно, лишь раз в год, когда приходило время платить подати.

– Магия у детей так и не проснулась? – всё же уточнил Олсандер.

Кио отрицательно покачала головой.

– Заморозилось и магическое, и физическое развитие на момент смерти их отца, их ауры в мелкой сетке трещин. Исэи, которого я приглашала, назвал эту болезнь «Печаль утраты». Ему удалось стабилизировать ауры, чтобы они не рассыпались как хрусталь, но это всё, что он смог. Юми сейчас по-прежнему пять с небольшим, близнецы выглядят на двенадцать. С Теоном, к счастью, все трое ладят как с родным, и уже за одно это я готова благодарить богов.

– Тебе нужен супруг-дракон, – задумчиво высказал Олс очевидный факт. Кио лишь порывисто вздохнула.

Ах, если бы всё было так просто!