Ни у Реши, ни у Жоры не возникло вопросов, почему хотя бы Даша не стоит в зале с какой-нибудь прикольной табличкой. Она всегда придумывала что-то новое, чтобы нас развеселить — в зависимости от того, куда мы летали. Особенно меня повеселила табличка после посещения Австралии. «Дэнгуру» — гласила надпись, ещё и ударение над последней буквой «у» Даша поставила. Тогда я гордился и хохотал, сейчас же испытывал абсолютный, обжигающий до самого нутра стыд.

Я умел творить весёлую фигню на камеру и показывать это миллионам людей, не стесняясь. Я обожал быть публичным дураком без страха и упрёка и не комплексовать за свой идиотский вид. Но быть сволочью в глазах жены и друзей… Этому меня жизнь не учила.

Боже мой…

Пряча глаза, пробурчал Жоре и Реше, что задержусь в аэропорту, а они пусть не ждут и отправляются отдыхать, увидимся через пару дней в студии. Я скорее даже протараторил это, как ребёнок, который хочет быстрее рассказать стишок, который его заставили выучить, и выдохнул, как только друзья отправились на выход, ничего в ответ не уточнив.

Побродив по аэропорту, я нашёл укромный уголок, где за большой кадкой с какой-то развесистой пальмой стояла скамейка, уселся на неё и принялся гипнотизировать взглядом телефон.

Нужно было выключить авиарежим и позвонить Даше, но я никак не мог решиться.

Больно. И перед глазами всё расплывается, как будто я сейчас в обморок упаду или разревусь.

Так, Дэн, надо собраться! Вдруг ты вообще всё придумал? Нет, не про Кристину, конечно, с ней всё ясно. Про Решу с Жорой! Вдруг они просто сами по себе поссорились, поэтому Реша и не в духе? И поэтому же села с краю. Чтобы уменьшить концентрацию мужиков вокруг себя.

Да и летали мы раньше, рассаживаясь как сегодня, было такое! Не помню только, почему, но было.

А Даша… Не смогла приехать, потому что приболела? Или дети… Ох ты ж, чёрт! А если и вправду что-то случилось, а я тут сопли размазываю?! Надо срочно звонить!

Пока телефон выходил из авиарежима и пытался поймать сеть, я медленно выдыхал и старался настраиваться на позитив. Ну, хоть какой-то позитив должен быть, не один же негатив! Если ничего не случилось — уже хорошо. И если Даша на самом деле ничего не знает… Тогда буду придерживаться своего первоначального решения и не расскажу про Кристину, понесу крест в одиночку. Будет тяжело, ведь я Даше никогда не врал! Если только по мелочам или в шутку. Как-то раз я не сказал ей, что у неё к попе прилип кусочек Лёшкиной поделки про золотую рыбку — с ним Даша и вышла из дома. Но это же было очень забавно — красные губки на таком пикантном месте! Даша потом и не сердилась, только посмеялась вместе со мной.

Да, ни о чём важном или серьёзном я жене никогда не врал, да и не умею я это делать. Бог свидетель! Но теперь, наверное, предстоит научиться.

Так, а как лучше звонить? Как обычно или по видеосвязи?..

Чёрт, и почему эти металлические скамейки всегда такие холодные! Что зимой, что летом!

Я нервно вскочил на ноги и принялся ходить туда-сюда вдоль скамейки, как зверь в клетке, поглядывая на молчаливый экран телефона. Никаких оповещений о сообщениях или звонках…

Мне очень хотелось увидеть Дашу. Очень! Но страшно было просто до усрачки.

Наконец я решился, схватил телефон, уселся обратно на сиденье и нажал кнопку вызова по видеосвязи.

Даша ответила далеко не сразу. И когда она это сделала, я невольно подумал, что возможно, было бы лучше, если бы она не ответила.

Её глаза…

Так на меня ещё никто не смотрел. Никто и никогда! И уж тем более — любимая женщина.