После этого почему-то каждый из нас немного… смутился. Во всяком случае, я точно. Странное чувство. Никогда подобного не было. Хотя, нет. Был случай только с Хибари, но тут всё несколько иначе. Я словно бы её знаю. Вот. Именно так. Знаю, и логически не могу это объяснить.

— Эм… Мы знакомы? — осторожно спросила, хотя и так известен ответ.

— Эта наша первая встреча, — ответила Юни, вновь улыбнувшись. — Но у меня такое чувство, словно я знаю вас уже давно.

Как бы это странно не звучало, но я её понимаю. Мне хотелось ещё что-то спросить, но времени не было. Да и не позволили. Бьякуран решил действовать:

— Ха-ха-ха! — засмеялся он в голос. — Теперь у меня всё в одном месте. Но я удивлён. Ты выглядишь намного лучше, Юни-тян. Хорошо, что ты вернулась.

— Вернулась? — озвучил вслух общий вопрос Рёхей. — Она что, болела?

— Нет… — донёсся слабый голос Шоичи. Парень вновь был на грани потери сознания, но всё равно держался из последних сил. — Бьякуран-сан… он… в его руках душа Юни исчезла… Для того, чтобы получить контроль над тайными знаниями, Бьякуран-сан… забрал её голос.

— Забрал её голос?! — не понимала я, чувствуя, что начинаю злиться, но в тоже время понимаю, что парень уже одной ногой в бреду. — Душа исчезла?! Шоичи, ты говоришь загадками, как и этот скользкий тип. Что за мода пошла в будущем?

— Ну-ну, — донеслось со стороны Бьякурана. — Не стоит просто так поливать людей грязью. Юни-тян капельку нервничала, и я дал ей транквилизатора, чтобы успокоить, вот и всё.

— Короче говоря, чтобы получить необходимую информацию, ты накачал девушку наркотой, — прямым текстом произнесла я, понимая, к чему всё сводится. Устало вздохнула и почесала затылок. — М-да… Казалось бы, вот оно «светлое будущее», но всё те же «старые методы».

— Что? — ахнул Тсуна, осознавая положение. — Но это… это же!..

— Всё хорошо, — попыталась его успокоить Юни. — Всё это время я была в порядке, потому что моя душа сумела сбежать прочь. — Все посмотрели на девушку. Вновь эти фразы о «побеге души». То, чего я не понимаю. Можно хоть капельку ясности? Мы же не на уроке средневековой поэзии, верно? Больше материализма. Прошу! — Это значит, — продолжила девушка, — что я также могу путешествовать в другие миры, как и Бьякуран.

О! Так вот где зерно зарыто. Так значит, Бьякуран не один такой. Что ж… это одновременно и упрощает, и осложняет нам задачу. Правда, чего больше — я пока решить не могу. Необходимо понаблюдать, а желательно быстрей решить, что делать с Бьякураном.

Сражаться? Если подумать, то боевой состав у нас полный, но некоторых сильно потрепало. Также Ирие необходима серьёзная медицинская помощь. Лучший выбор — бежать, унести с собой Кольца Вонголы, Юни и перегруппироваться. Конечно, это не решение проблемы, а лишь отсрочка неизбежного, но лучше так, чем иметь стопроцентный крах.

— Давайте вернёмся к делу, — продолжила Юни. — Как второй Босс Мельфиоре, я согласна на реванш с Вонголой. Обещание между Бьякураном и Ирие существует.

Хм… Девушка решила поддержать Шоичи, даже видя его состояние. Но и слепой догадается, какое решение примет Бьякуран. Всё, что нас окружает, лишь постановка. Шоу! Театр! Причём в данном случае он является и актёром, и зрителем. Решил устроить зрелище для самого же себя.

— Я рад, что ты вернула душу, Юни-тян, — улыбался Бьякуран. — Но ты слишком прямо высказываешься и, наверное, забыла, что мы решили тогда. Ты играешь роль второго номера. Право принимать решение есть только у меня. Этот разговор закончен.

— Это так, — признала Юни. — Понимаю… — Украдкой вздохнула, а после гордо приподняла подбородок и чётко произнесла: — В таком случае, я ухожу из Мельфиоре. Савада Тсунаёши, — посмотрела в сторону Тсуны. — Я прошу… — сложила ладони так, словно молится. — Пожалуйста, защитите меня.

— Э-э-э?! — воскликнул Тсуна от такой просьбы, тут же бледнея. — Подожди! Защитить?! Но разве ты не Босс Блэк Спелл?!

— Да, — кивнула девушка, после чего сунула руки под плащ, доставая, как мне показалось, что-то стеклянное. — Не только меня. — Юни вытянула руки перед собой и продемонстрировала четыре пустышки Аркобалено. — Защитите и пустышки моих товарищей.

— Хм? — протянул Бьякуран, удивляясь новой находке. — Ты не можешь забрать их просто так себе, Юни-тян. Они из моей коллекции.

— Ты ошибаешься, — не уступала девушка. — Они доверены мне. Если ты заберёшь их, они не будут называться Нон-тринисетте. Потому что… — Юни закрыла глаза, и в этот момент все пустышки в её руках засияли ярким ослепительным белым светом. Он казался чистым, буквально хрустальным и безумно знакомым. Опять это странное чувство. Так сияет только одно пламя — моё собственное. Но… что происходит? Почему я испытываю такие странные двоякие чувства? — Если эти души исчезнут, — продолжала Юни, — пустышки не поймут причины своего существования.