— Да неужели? — усмехнулась я, на что блондин осознал свою глупость, но признавать её не собирался. Надкусил нижнюю губу и гордо отвернулся. Показушник! — Лишний раз не шевелись.

Приступила рассматривать детали взрывного устройства. Всё было мелким, однотонным и совершенно для меня необычным. Впервые с подобным сталкиваюсь. Да я, в принципе, впервые оказалась в подобной ситуации, но что делать? Не знаю, сколько так провела времени, согнувшись над ошейником Кена. Всё тело затекло, но никто не жаловался. Все терпеливо ждали.

— Дерьмо! — вырвалось на русском, когда до меня дошёл принцип данного механизма.

Кен тут же поспешил немного передвинуться в сторону, чтобы ему было лучше видно лицо Мукуро. Я же в свою очередь просто завалилась на койку, вытягивая затёкшие ноги и закидывая руки за голову.

— Ку-фу-фу, что-то в твоём голосе не слышу радости, — произнёс Мукуро, но позы не менял. — Может, поведаешь непросвещенным?

— Ты же всё видел сам, — отметила я. — Разве не понял сути?

— Милая Дарья, не стоит быть такой высокомерной, — мягко произнёс парень. — Я вижу и создаю то, чего не видишь ты. Как и наоборот — ты видишь то, чего никто иной не заметит. В этом наше достоинство и недостатки.

— Это не высокомерие, Мукуро, — вздохнула я, закрывая глаза. — Скорее откладывания неизбежного, — все с замиранием сердца смотрели на нас с иллюзионистом, дожидаясь окончательного вердикта. — Скажу как есть, парни, это дерьмо, что висит на ваших шеях, взорвётся сразу же, как только мы его снимем. Потому что работает оно от человеческого тепла. Иными словами, там имеются датчики, которые отслеживают ваше сердцебиение и передают информацию о вашем местонахождении в главный компьютер тюрьмы. Могу только предположить, что он на третьем этаже.

— Так, я не понял, ты можешь его снять или нет? — рычал с пола Кен, всё ещё находясь с открытым ошейником, и старался резко не шевелиться.

— Говорю же, снять его — не проблема, — приподнялась на локтях, чтобы встретиться взглядом с Кеном. — Проблема в радиоволнах, которые в этот момент перестанут функционировать, и произойдёт взрыв. А если взорвётся один, то значит, взорвутся и остальные, которые находятся поблизости.

— Что же тебе необходимо, чтобы этого не произошло? — перешёл к делу Мукуро.

Я задумалась. Что же необходимо? Необходимо человеческое тепло. И не просто батарея, а действительно живое здоровое человеческое тело. Также необходимо что-то, что позволит, хотя б немного замедлить детонатор. Хм… Встала с койки и вышла из камеры, которая находилась на втором этаже, в коридор. В центре тюрьмы имелось огромное пустующее пространство, благодаря которому можно было видеть всё, что творится на нижнем этаже и в камерах напротив. Хотя сейчас они по каким-то причинам были пусты.

Осмотрелась. Все охранники имели пульты управления. Да. Это вполне подойдёт. Но они ходят по двое, что усложняет ситуацию. Так просто к ним не подобраться. Тем более нужно как минимум трое.

— Хм… — протянула я, задумчиво закусывая нижнюю губу. — Мукуро, со мной дополнительным пассажиром, ты способен создавать иллюзии?

— Ку-фу-фу-фу, обижаешь, — усмехнулся негромко парень. — Как не посмотри, а я всё-таки прошёл через шесть слоёв Ада. Даже если в моём теле будет десяток нежданных гостей, своё дело я знаю.

— Даже в таких условиях? — уточнила я, на что парень лишь кивнул в сторону одного заключенного на первом этаже. Парень был один и сжимал в руках поднос. На вид ему было тридцать. Физиономия такая, словно по ней всю жизнь каждый понедельник кирпичом били. Мукуро щёлкнул пальцами, и произошло то, что парень неожиданно бросил поднос, упал на пол и стал кричать о том, что он горит, зовя на помощь. Хотя на самом деле ничего не было. — Что ж… неплохо, — согласилась я, возвращаясь обратно в камеру. — В таком случае, слушайте мой план.

Дожидаться истечения времени мы не стали. Каждый знал свою роль. Каждый знал, что от него требуется. Каждый действовал, как отложенный элемент общего механизма. Всего одна ошибка, и она будет последней.

Дождались наступления темноты. Хотя тут и не ясно когда день, а когда ночь, но охранники сменяют друг друга раз в двенадцать часов. Ориентируясь по ним, можно с уверенностью сказать, какое сейчас приблизительно время. Все разошлись по своим местам. Первым начал действовать Кен. Прогуливаясь по нижнему этажу, он нарочно задел плечом самого агрессивного местного парня, который ни за что не потерпит такого отношения к себе. Даже учитывая, что на его шее ходячая бомба.

Он держал дистанцию, но будучи под два метра ростом, требовал, чтобы такой пацан, как Кен, незамедлительно извинился. Вот только блондин только усмехнулся, показав язык и клыки.

— Пошёл ты! — бросил он, засовывая руки в карманы. — Буду я ещё перед такой трусливой курицей извиняться! Тхе!

— Что ты сказал, щенок? — утробным голосом прорычал мужик. Послышался скрип напряжённой рубашки. Заключённый мафиози явно не собирался отступать.