– Кукла! Чудесно! Я очень рада и с удовольствием буду с ней играть! – интересно, мой наигранный энтузиазм смог хоть кого-нибудь обмануть? Вряд ли. Ну да ладно, мне вполне по силам минут пятнадцать в день понянчить эту несчастную куклу у всех на глазах. С меня не убудет, а Эсми будет приятно.

     Все вместе мы быстро, почти мгновенно, разгрузили машину – похоже, что Эсми скупила половину продуктового магазина. Разместив продукты по кухонным шкафчикам и холодильнику, она поинтересовалась, не голодна ли я? Да, есть мне уже хотелось, и довольно таки сильно. Я быстренько смолотила ещё тёплую пиццу и закусила её большим пакетом фруктов. Я съела довольно много, но это не шло ни в какое сравнение с тем огромным куском мяса, съеденным мной на поляне. Да и сам голод был совершенно другим. Сейчас у меня всего лишь сосало под ложечкой, а днем, очнувшись, я испытывала просто дикий голод. Он разрывал мои внутренности, занимал все мысли и настойчиво требовал немедленного насыщения. Интересно, если бы Карлайл не догадался добыть огонь, смогла бы я съесть сырое мясо? В тот момент отвращение оказалось сильнее даже этого безумного голода, но кто знает, на что я пошла бы, если бы не смогла утолить его достаточно быстро. Так почему же сейчас я ем вполне нормально, и голод мой тоже совсем не безумный? Я поделилась своими сомнениями с Карлайлом, и он высказал предположение, что в тот раз, восстановившись после тяжелейших травм, мой организм требовал восстановления затраченной на это энергии. Это казалось вполне логичным и я успокоилась. Выходит я всё же не такая дикая обжора, какой могла оказаться. Это хорошо. Не так уж трудно будет меня прокормить.

     Остаток вечера прошёл спокойно. Меня разморило от сытного ужина, и я сидела на диване вместе с Элис, которая, похоже, окончательно заявила на меня свои права, в четыре руки с ней плела очередное невообразимое нечто на голове Барби, купленной для меня Эсми, что, кстати, оказалось довольно занятно, и слушала, как Эдвард негромко наигрывает на рояле красивую лирическую мелодию. Остальные Каллены разбрелись кто куда по своим делам, кроме Карлайла, прочёсывающего интернет в поисках хоть каких-нибудь сведений обо мне. Судя по всему – пока безрезультатно. В какой-то момент я прислонилась головой к плечу Элис и закрыла глаза. Музыка убаюкивала, и я почувствовала, что куда-то уплываю. 

     – Уснула, – шёпот Элис. – А спальню-то мы ей ещё не приготовили… 

     - Сегодня она может поспать в моей комнате. Там вполне удобная кушетка. Мне-то она, в отличие от всех вас, без надобности, – в негромком голосе Эдварда явно слышалась усмешка. 

     – Я отнесу её, – снова Элис. 

     – Я сам. 

     Музыка стихла и я почувствовала, как сильные руки осторожно подхватили меня, подняв с дивана. Я заворочалась, устраиваясь поудобнее, и уткнулась носом ему в плечо. От Эдварда исходил невероятно прекрасный запах, не сравнимый ни с чем, что я до этого чувствовала. Ну, по крайней мере, я так думаю. Мне хотелось вечно лежать в его объятиях – а для меня это были наши первые объятия, хотя он об этом и не подозревал. Но уже спустя мгновение – так мне показалось – меня уже опустили на довольно мягкую поверхность. Расстроенная, что всё так быстро закончилось, я свернулась калачиком и уткнулась носом в подушку, которую Элис, вошедшая следом за нами, ловко подсунула мне под голову. Ещё какое-то время она суетилась вокруг меня, разувая и накрывая лёгким покрывалом, но вскоре меня оставили одну.

     Я лежала в полудрёме, думая о том, как же мне повезло попасть в такую чудесную семью. У меня появился полный комплект родственников: добрый, мудрый, сострадательный отец, любящая, заботливая мама, старшая сестра, которая всерьёз взяла не себя роль няньки и другая старшая сестра, считающая общение с малявкой ниже своего достоинства. Старший брат, который будет меня баловать и станет достойным партнёром по всяким шалостям, и другой старший брат, перед которым я буду благоговеть и преклоняться. И Эдвард. Самое главное – теперь у меня был Эдвард, и моя жизнь обрела смысл. Счастливо улыбнувшись от этой мысли, я окончательно уснула.

Глава 3. Безумный шопинг

     «Где ты! Где же ты! Отзовись…» 

     Я снова слышу эти голоса. Они звучат так печально, так безнадёжно. Я знаю, что они зовут меня. Я хочу отозваться, но не могу. Я не могу говорить. Я словно отделена непробиваемой стеной, позволяющей мне слышать эти голоса, но не дающей возможности им ответить.  

     «Отзовись. Отзовись…» 

     Но я не могу! Я стараюсь, правда стараюсь! Но что делать, если они меня не слышат?  

     «Отзовись! Где ты?..» 

     Я плачу. Моё сердце готово разорваться. От жалости к ним. От жалости к себе. Слёзы текут по моим щекам и я машинально пытаюсь вытереть их. Рукой нащупываю свой рот. Он же у меня есть! Так почему я не могу ответить?  

     – Я здесь, – шепчу я голосам и всхлипываю. – Я же здесь. Почему вы меня не слышите?  

     – Всё хорошо, – шепчет мне на ухо тихий голос. – Успокойся. Не плачь. Всё хорошо…