Она кивает, и мы быстро идем на кухню, расставляем все на поднос. Я, честно говоря, с этого удивляюсь, потому что у нее все готово, она уже все предусмотрела. Вот что значит хороший человек. И нет, она так себя ведет не потому, что хочет поскорее моего сына прогнать, а скорее просто хочет мне помочь, и я пока не понимаю почему.

- Мальчики, мы к вам с чаем, - первая заходит в комнату она. Я слышу удивленные голоса ребят.

- А кто мы? Мам, ты чего? Ты же дома одна была.

- Ну, не совсем одна. Даш, заходи, - приглашая меня, говорит это воодушевленно.

Я захожу в комнату ее сына, Костик тяжело вздыхает.

- Мам, только, пожалуйста, если ты пришла уговаривать меня вернуться, то даже не начинай. Я не вернусь домой.

- Но почему, Кость? - спрашиваю у него.

- Да потому что я не хочу жить с человеком, который меня всем упрекает. Я тебя люблю, мам, но я, правда, так не могу, - он говорит чуть ли не плача.

Я его понимаю. Я прекрасно понимаю, что у него сейчас на душе и как ему безумно тяжело.

- Кость. Но скоро все закончится. Ты просто немного потерпи. Я тебе обещаю, скоро все наладится. Скоро все будет хорошо. Вернись домой. У тебя ведь есть твой дом. Не давай отцу его у тебя забрать, ведь он только этого от тебя и ждет.

Говорю, говорю, говорю, как мне кажется, правильные, важные и нужные слова, но по взгляду сына кажется, что я вообще не попадаю туда, куда нужно, что я говорю лишь то, что нужно мне, и то, что совсем не нужно ему.

- А почему я должен терпеть, мам? Почему я должен терпеть? Я не хочу жить с человеком, которому на меня плевать, который может позволить себе оскорбления, унижения. Не хочу, понимаешь?

- Кость, - я подсаживаюсь к нему на диванчик, и мне плевать, что на нас смотрит сейчас его друг с мамой. Они нам не мешают. - Кость, пожалуйста, я тебя очень прошу, доверься мне. Я тебе клянусь, все это скоро закончится. Нужно немного потерпеть. Сейчас главное не дать отцу удовольствия почувствовать себя победителем. Да, это больно, это тяжело, это очень страшно, но я очень тебя прошу: пожалуйста, поверь, так нужно.

- Мам, я никуда не поеду, слышишь? Я лучше бомжевать буду, я лучше на вокзале пойду пристроюсь, если негде будет ночевать, но я не вернусь к нему. Не знаю, как закончу школу, но как-нибудь закончу, как-нибудь поступлю в институт, все равно я не глупый, не дурак. Как-нибудь уж проживу: руки, ноги есть, голова на месте. Захочу, даже сейчас договорюсь на полставки тренера. Такое бывает, такое практикуют, я точно знаю. Я не пропаду, мам. Не пропаду.

- Коооость, - тяну его имя, пытаюсь еще сильнее разжалобить, но ничего не выходит. Мне кажется, он становится только злее.

- Даш, - тут меня перебивает Фима. - Слушай, может, ему просто пожить пока у меня? Я за ним присмотрю, - сын немного оживает, и это так больно, что не родная мать приносит ему утешение, а какая-то чужая тетка. - Все будет хорошо. Твой сын в надежных руках. Тем более они со Славиком дружат, ничего страшного, подготовятся к экзаменам, сдадут их, потом уедут в школу олимпийского резерва. Все же хорошо, не так много осталось потерпеть.

Я смотрю на нее, моргаю и не совсем согласна, конечно, потому что нет чувства определенности, стабильности, а главное все равно нет у меня покоя. Да, вроде бы сын под присмотром, вроде бы все хорошо. Но это ведь совсем не то.

Только давить я на него не могу, не имею права.

- Да, спасибо. Если Костя не против, - я смотрю на него, и он кивает. - Ну и славно. Тогда я тоже не против. Кость, ты приходи домой за вещами, не будешь же ты ходить в одном и том же. Приходи, когда папы дома нет. И, пожалуйста, про меня не забывай. Звони, пиши. Я по тебе скучаю.

- Хорошо, мам. И прости, - он сам подходит и обнимает меня. Мне становится чуточку теплее и спокойней на душе.

Мы разговариваем еще, наверное, с час. Фим приносит нам еще пару раз чай, ведь тот успевал остывать.

Но вот уже почти десять вечера, и я вынуждена уходить. Костя не стал меня провожать, и я понимаю, почему. Ему так же больно, как и мне, но что поделать, жизнь такая жизнь, не все случается так, как хочется нам.

- Даш, - напоследок окликает меня Серафима. - Не волнуйся, все будет хорошо. Я тебя прекрасно понимаю, присмотрю за Костей. Сосредоточься сейчас на себе. Я тоже в свое время пережила развод, и если разрываться можно везде проиграть.

- Это так видно, да? – спрашиваю, а самой так грустно от того, что все легко считывается с моего лица.

- Посторонним - нет. А мне - матерой, да.

Дорогие мои, Дарина Королёва и Дана Стар выпстили завершенный роман по СКИДКЕ!

Бывшие. Шанс тебя завоевать

— Я встретил другую. Она оказалась горячее и ярче! А с тобой я поторопился…

Дверь спальни распахнулась. Вадим вышел в обнимку с ней, с царапинами на спине. Всего через месяц после нашей свадьбы.

— Идём, подброшу до метро.

Он сказал это мне. Мне! Своей жене! Подброшу до метро…

— Ты в общагу вернёшься? Или у подружки переночуешь?

— Да она же детдомовская, ей не привыкать! — улыбаясь, добавила девица.

А спустя час его внедорожник затормозил у ближайшей станции.

Он взял мои вещи и бросил их на асфальт.