– Сегодня я не в настроении препираться по поводу нашей игры в вопросы. – Я метнула на него взгляд и заметила рядом с ним на полке две книги, которые дала мне Есиния. Сейчас, когда Ксейден опять напомнил, что у него есть от меня секреты, рассказывать ему о своем исследовании расхотелось.

– Я хочу, чтобы ты спрашивала о том, что тебя интересует. И это не игра. Ты и я – не игра. – Он сосредоточенно водил лезвием по кожаной полоске. – А в Сэмарре… все иначе.

– Односложные ответы – не совсем то, что нужно.

Ксейден поднял голову:

– Мне приходится заново доказывать, что я чего-то стою – в самом суровом форпосте. Это… бесит.

Я улыбнулась. Его всегда что-нибудь бесит.

– Они плохо к тебе относятся?

– Из-за этого? – Он коснулся острием кинжала метки отступника у себя на шее.

– Да.

Ксейден пожал плечами:

– Мне кажется, дело скорее в фамилии, чем в метке. К Гаррику старшие всадники относятся лучше – и я очень этому рад.

Я положила ложку в миску.

– Мне жаль.

– Да нет, могло быть хуже. Вдобавок из-за моей печати мало кому хочется со мной связываться. – Он убрал кожаный лоскут в рюкзак, сунул в ножны последний кинжал и встал. – Ты сама все знаешь. Тебя тоже встречают по фамилии.

– И все же мне кажется, тебе приходится хуже.

– Только внутри границ.

Ксейден перевернул мой корсет, который сушился на стуле, а потом подошел ко мне и сел на кровать. Она не такая большая, как та, на которой он спал в прошлом году, но на двоих места хватит, если я предложу ему остаться. Но я не предложу. И до чего же невыносимо, что он так близко, а я не могу его поцеловать. А спать с ним рядом? Я точно сломаюсь.

– Верно. – Я отставила миску на тумбочку и взяла расческу. В коридоре послышался голос Рианнон, потом звук закрывшейся двери – она ушла к себе. Это мне кое о чем напомнило. – Перед отъездом ты наложил чары на мою дверь?

Ксейден кивнул.

– Да, со звукоизоляцией, между прочим. – Он закинул ногу, уложив щиколотку на колено другой ноги, но так, чтобы не испачкать кровать сапогом. – Односторонней, конечно. Ты слышишь все, что происходит в коридоре, но никто не слышит, что ты делаешь внутри. Я подумал, тебе это может пригодиться.

– Зачем? Если я никого не могу сюда привести?

– Ты можешь привести кого угодно.

– Серьезно? – ядовито спросила я, проводя расческой по мокрым волосам. – Рианнон вот попыталась зайти, а оказалась на другом конце коридора.

На губах Ксейдена мелькнула тень улыбки.

– В следующий раз скажи ей, чтоб взяла тебя за руку. Войти может любой, кто к тебе прикасается.

– Погоди-ка. – На секунду я даже перестала расчесываться. – Я думала, ты зачаровал дверь, чтобы попасть внутрь могли только мы с тобой. Нет? – Я продрала расческу через спутанные кончики.

– Это же твоя комната, Вайолет. – Мне пришлось сглотнуть, когда я увидела, как он сжал пальцы, наблюдая, как расческа скользит по моим волосам. – Чары пропустят любого, кого ты проведешь в комнату. – Он кашлянул и чуть подвинулся, когда я снова провела по волосам. – А также меня, извини мне мой эгоизм.

«Просто обожаю твои волосы. Если захочешь поставить меня на колени или победить в споре, просто распусти их. Я сразу пойму».

От воспоминания у меня перехватило дыхание. Неужели прошло всего несколько месяцев? Кажется, что это было так давно и в то же время буквально вчера.

– То есть ты установил чары так, чтобы я могла привести кого угодно?.. – спросила я, приподняв брови. – И добавил звукоизоляцию, на случай если…

– На всякий случай. – От жара в его взгляде у меня дрогнуло сердце. – Что бы ты ни задумала, никто ничего не услышит. Даже если соберешься разломать шкаф.

Расческа выскользнула у меня из пальцев и шлепнулась на колени, но я быстро взяла себя в руки. Ну более-менее.

– На вид этот довольно прочный. Это в прошлом году у меня в комнате был какой-то хлипкий шкафчик.

Тот, который мы разнесли в дрова, когда наконец добрались друг до друга.

– Проверим? – Ксейден окинул взглядом шкаф. – Могу поспорить, мы легко с ним справимся, как только ты полностью выздоровеешь.

– В Басгиате невозможно полностью выздороветь.

– И то верно. Только скажи, Вайолет. – Казалось, от его взгляда у меня начнется жар. – Всего три слова.

Три слова?

Да не дождется! Чтобы я сказала, что хочу его! У него и так слишком много надо мной власти.

– «Могли бы» и «нужно» – разные вещи, – наконец проговорила я. С Ксейденом моя сила воли всегда летит к Малеку. Одно прикосновение, и я кинусь ему в объятия, соглашусь на любую крупицу правды, какую он соизволит мне предоставить, вместо всей правды целиком, которую я заслуживаю… нет, которая мне необходима! – А нам точно это не нужно.

– Тогда расскажи, как прошла неделя. – Он ловко сменил тему.

– Я не смогла отсмотреть их всех. На парапете. Я пыталась и не смогла.

Ксейден нахмурился:

– Ты была в башне?

– Да. – Я подвинула больные колени вбок. – Я обещала Лиаму, что помогу Слоун, а чем бы я ей помогла со двора? А она, блин, меня ненавидит! – Я горько хохотнула.