Настоящим приказом кадету Вайолет Сорренгейл предоставляется двухдневный отпуск один раз в четырнадцать дней, который будет использоваться только для полетов с Тэйрном непосредственно к месту службы или из места службы Сгаэль. Любое другое отсутствие на занятиях будет рассматриваться как наказуемый проступок.

Я стиснула зубы, чтобы не выдать полковнику ту реакцию, узреть которую он так явно хотел, и, аккуратно сложив приказ, засунула его в карман брюк. Полагаю, у Ксейдена то же самое. Итак, одна встреча в семь дней. Тэйрн и Сгаэль никогда не разлучались более чем на три дня. Неделя? Они будут почти постоянно страдать. Это непостижимо.

«Тэйрн?» – я мысленно потянулась к дракону.

Он заревел так громко, что у меня заложило мозги.

– Драконы сами раздадут приказы, – спокойно сказал Ксейден, убирая бумагу в карман. – Полагаю, мы о них узнаем. Со временем.

Полковник Аэтос кивнул, затем перевел взгляд на меня.

– Знаете, меня беспокоил наш предыдущий разговор, пока я кое-что не вспомнил.

– И что же это? – спросил Ксейден, явно теряя терпение.

– Тайны – плохой рычаг давления. Они умирают вместе с теми, кто их хранит.

Глава 6

Квадранты подчиняются правилам академии. Никто об этом не говорит открыто, однако всадник в первую очередь должен руководствоваться Кодексом, который зачастую отменяет правила, по которым живут квадранты.

Определенно, всадники устанавливают свои собственные правила.

Майор Афендра. Руководство для драконьих всадников (запрещенное издание)

То, что у меня забурлило в животе, определенно не имело никакого отношения к лимонаду. Я преисполнилась уверенности: полковник Аэтос намекнул, что убьет нас при первой же возможности.

– Хорошо, что у нас нет тайн, – ответил ему Ксейден.

Улыбка Аэтоса вдруг стала более мягкой, такой, которую я помнила с детства, и это превращение выглядело жутковато.

– Будь осторожна с теми, с кем делишься своими военными историями, Вайолет. Мне бы не хотелось, чтобы твоя мать потеряла одну из своих дочерей.

Какого хрена? Энергия уже потрескивала в кончиках моих пальцев. Аэтос еще мгновение смотрел на меня, убеждаясь, что я верно поняла его мысль, затем повернулся и без лишних слов ушел из ротонды. Варриш последовал за ним.

– Он только что тебе угрожал, – прорычал Ксейден, и его тени выползли из-за окружавших нас колонн.

– И Мире.

Если я расскажу кому-нибудь о том, что произошло на самом деле, Аэтос нацелится и на нее. Что же. Сообщение принято. Сила бурлила в моих венах, ища выхода. Гнев только подстегивал энергию, которая стремительно набирала мощь, грозя разорвать меня на части.

«Давай выйдем на улицу, пока ты не разрушила все вокруг», – сказал Ксейден, протянув мне руку.

Я позволила ему обхватить мою ладонь, сосредоточившись на том, чтобы сдержать молнию, и мы вышли во двор. Но чем сильнее я старалась усмирить силу, тем жарче она становилась, и как только мы оказались под темным небом, я вырвала руку у Ксейдена, а сила вырвалась из меня, ошпаривая каждый нерв.

Молния озарила ночное небо, поразив точку во дворе примерно в сорока футах от нас. Во все стороны полетел гравий.

– Блядь!

Ксейден сплел из теней щит и швырнул его, чтобы поймать камни, прежде чем они успеют попасть в кого-нибудь из курсантов.

– Видимо, алкоголь не ослабляет твою печать, – медленно произнес он. – Но есть и хорошая новость – здесь все из камня.

–Простите!– закричала я разбегающимся кадетам, кривясь от стыда,– что за неуправляемое дерьмо, а?– Забудь о моей защите. Квадрант нуждается в защите от меня. – Сделав глубокий вдох, я повернулась лицом к Ксейдену. – Южное крыло? Это ты выбрал его для службы?

Командирам крыльев всегда предоставляли возможность выбрать место службы. Раньше.

– К сожалению, другого выбора уже не было. Я буду в Сэмарре. Сегодня я потратил почти весь день на упаковку и отправку большей части своих вещей.

Это самый восточный форпост Южного крыла, где пересекаются границы провинций Кровла и Брайевик, и до него день полета.

– У них будет всего несколько часов вместе. После длинного перелета.

– Да. Сгаэль очень злится.

– Пожалуй, Тэйрн тоже.

Я потянулась к Андарне – на случай, если она еще не заснула.

«Ты совсем потеряла связь с реальностью, если думаешь, что я сейчас готова к нему приблизиться, – тут же ответила она хриплым заспанным голосом. – Он не в духе. Совсем».

«Ты должна спать».

Андарна уже должна была погрузиться в Сон-без-сновидений. Я до сих пор не знала, что именно это значит, а Тэйрн не очень-то стремился отвечать на вопросы о секретах воспитания драконов, но он настаивал, что сон в течение следующих двух месяцев очень важен для роста и развития Андарны. Я не могла не задаться вопросом: а вдруг это просто хитрый способ избежать большей части мерзкого, угрюмого подросткового периода у драконов.

Как по команде, Андарна ответила, зевая: «Спать? И пропустить всю драму?»