Смогу ли я справиться с тем, что Реджи будет проводить настоящее время с моим отцом? И ещё важнее: хочу ли я на самом деле встречаться с вампиром?

Может быть, хоть раз в жизни стоит просто позволить себе идти шаг за шагом. Я не знала, каким может быть будущее с Реджи, учитывая, что я постарею и умру, как любой человек, а он — нет. И уж точно я была не готова к тому, что Кэсси собиралась сделать с Фредериком. Даже представить было трудно, что я когда-нибудь смогу. Но, возможно, и это было нормально. Потому что я точно знала одно: мысль о том, что после свадьбы Гретхен я больше никогда не увижу Реджи, делала меня очень грустной. Даже хуже, чем грустной. Представив, что придётся попрощаться с ним в следующем месяце…

Нет.

Если я хоть что-то знала наверняка, так это то, что я этого не хочу. И, возможно, этого было достаточно для сейчас.

Я снова повернулась к Реджи и сжала его руку:

— Даже если вы с папой и не успеете поговорить об истории на свадьбе, у вас будет много времени после.

Его улыбка в ответ озарила всю комнату.

Глава 27

Кому: Амелия Коллинз (ajcollins@)

От: Джон Ричардсон (jhcr12345@)

Уважаемая мисс Коллинз,

Фонд Уайатт искренне благодарит вас за помощь, и я с нетерпением жду встречи с вами завтра в девять утра.

К этому письму я прикрепил ещё один комплект документов для вашего ознакомления перед нашей встречей. Они касаются работы нашей группы с нефтеперерабатывающими заводами на рубеже XX века. Я уверен, что эти материалы будут иметь важное значение для нашего дела.

С глубочайшим почтением,

Искренне ваш,

Дж. Х.К. Ричардсон, Esq, PhD

АМЕЛИЯ

Когда я пришла на работу тем утром, Эвелин Андерсон уже сидела во главе большого стола из красного дерева в конференц-зале на тридцать втором этаже — элегантная и невозмутимая в своём безупречном чёрном брючном костюме без единой складки.

Я была благодарна за её присутствие. Хоть мне и не хотелось в этом признаваться, я так увязла в этом деле, что буквально тонула.

— Финансовый директор Уайатта всё ещё должен прийти в девять? — спросила Эвелин, печатая что-то на компьютере. Скорее всего, она параллельно составляла письмо другому клиенту, пока ждала прибытия этого.

— Да, — подтвердила я. Я поставила портфель на стол и достала ноутбук. — В последнем письме Джон Ричардсон подтвердил, что будет здесь к девяти.

— Отлично. — Эвелин облокотилась на стол, подперев подбородок рукой. — Я знаю, что говорила: хочу, чтобы ты представила это дело партнёрам. Но, изучив документы и поняв, что из себя на самом деле представляет эта организация, я начинаю сомневаться.

Она жестом указала на стопки бумаг, которые её помощник разложил в комнате к нашей встрече. Их одного присутствия хватило, чтобы лучше любых слов показать, что именно она имела в виду.

Я рассчитывала доказать свою значимость перед партнёрами, выступив с докладом. Но если честно? Я почувствовала облегчение.

— Я понимаю, — сказала я. И действительно понимала. Клиент был ужасный, а дело — почти безнадёжное. Что бы я вообще смогла представить партнёрам?

— Когда мистер Ричардсон придёт, мы поговорим с ним в последний раз о том, что он должен нам показать, чтобы остаться нашим клиентом. Если он не выполнит условия к следующей неделе, мы откажемся от этого дела, — сказала она. — Я сама скажу ему и возьму на себя удар, если он разозлится. Это самое малое, что я могу сделать после того, что тебе пришлось терпеть последний месяц.

Я ненавидела напрасные усилия больше всего на свете. Но Эвелин была права. С точки зрения фирмы, лучше не вкладывать в это больше ресурсов, чем мы уже потратили.

Я всё ещё не до конца понимала, чем именно занимается Уайатт.

— Может, с нами обеими дело наконец сдвинется с места, — сказала я, пытаясь придать голосу надежду, которой не чувствовала.

Эллен просунула голову в конференц-зал, неся поднос с кружками и термосом кофе.

— Мистер Ричардсон здесь, — сказала она, ставя поднос в центр стола. — Впустить его?

— Пожалуйста. — Эвелин разгладила ладонями перед своих строгих брюк. — Пригласи.

Через пару минут в комнату вошёл мужчина лет шестидесяти с седеющими волосами и очками в тонкой металлической оправе, сидевшими на самом кончике носа. В руках он держал огромный бумажный пакет, до краёв набитый бумагами — во всяком случае, я могла только предположить, что это бумаги для нас.

У меня сердце упало. Похоже, эта встреча не будет быстрой, как я надеялась. И вряд ли приблизит нас к какой-то ясности по этому делу.

Мистер Ричардсон поставил пакет на стол, затем протянул мне руку:

— Мисс Коллинз, — сказал он тепло. — Так приятно наконец познакомиться лично.

— Мистер Ричардсон. — Я пожала его руку, как делала это со всеми клиентами. Но вздрогнула, едва не ахнув: его ладонь была ледяной.