Каждый этаж окружён террасой. И прямо сейчас на нижней террасе кто-то сидел — и этот кто-то Дэниэл, играющий в свою приставку, и Кенджи, растянувшаяся у него на коленях. За ним стояла сумка с вещами.

Когда мы подъехали он встал.

— Получил твоё сообщение. — Сказал он, когда я выбралась из машины. — Больно было?

— Не совсем, — сказала я. — Вероятно из-за того, что я не смогла сделать тату из-за того, что я ведьма.

— Я бы им сказал… — он прервался. — Ты сказала «ведьма»?

— Ха-ха.

— Ты серьёзно?

— Типа того. Я объясню всё позже.

— Привет, Дэниэль. — сказала мама.

— Привет. — он кивнул папе, потом показал на сумку. — Ничего если..?

Он не сказал «мой отец опять напился и мне нужно где-то переночевать» ему и не надо было этого говорить.

Мама сказала:

— Кончно ничего.

— У тебя же всё ещё есть наш ключ? — сказал папа.

Дэниэл пожал плечами.

— Есть, но на улице хорошо. — Даже если бы шёл проливной дождь, он ждал бы на террасе. Дэниэл ведёт себя забавно в подобных случаях. У него есть какие-то непоколебимые понятия о том, что хорошо, а что плохо, и даже если у него есть ключ, он не зашёл бы без нас.

Мы положили сумку Дэниэла в свободную комнату. Он остаётся у нас по крайней мере раз в месяц, иногда на несколько дней, поэтому было бы правильнее оставить какие-нибудь вещи здесь. Но Дэниэл отказался. Думаю, он надеется, что каждый раз, когда ему нужно остаться у нас, — последний. Его надежды никогда не оправдываются.

Мы вышли на улицу, чтобы я смогла проверить животных. С боковой стороны дома, на террасе растянулся Фитц, наслаждаясь последними лучами солнца.

— Папа тебя пожалел, не так ли? — сказал я. — Это здорово, но ты ничему не научишься, если мы просто продолжим сгонять тебя с деревьев.

Фитц, щурясь, поднял голову и зевнул. Дэниэл засмеялся и пригнулся к нему, почесал его за ушами с кисточками и вокруг шеи. Фитц перекатился на спину и Дэниэл почесал его живот.

— Ой-ёй, — сказала я. — Если ты получишь…

— …царапину, то это будет моя вина. Знаю.

— Если простой кот царапает — уже плохо, а рысь в два раза больше обычного муара. Если он сильно ударит, крови не избежать.

Хотя, Фитц всегда хорошо себя вёл рядом с Дэниэлом. Обычно он хорошо себя ведёт. Он чувствует, что Дэниэл любит животных. Мы так познакомились. Через неделю после нашего переезда, Дэниэл принёс раненную белку. Предыдущий смотритель лечил раненных животных, и Дэниэл узнал, что это часть его обязанностей. А то, что пятилетний мальчик один делал в дремучем лесу, полном хищников, что-то да говорит о степени родительской заботы в семье Бьянчи.

Когда он принёс белку, я спросила папу можем ли мы позаботиться о ней. После разговоров об охране животных и о том, что в конце придётся отпустить животное (а не приручать) мои родители согласились. Так я обнаружила свою страсть к сохранению дикой природы. И так я обрела первого друга в Салмон Крик.

Пока Дэниэл игрался с Фитцем, я сидела на траве, вытянув ноги и закрыв глаза. Могу поклясться, что я чувствовала, как энергия наполняет меня. Я вдыхала ароматы леса, резкий запах травы, сладкое благоухание деревьев. Когда я расслабилась, почувствовала насколько напряжена была с тех пор, как вышла из тату салона. Я могла бы сказать, что всё это просто немного расстроило меня, но то, что сказала старушка сильно зацепило меня, хоть я и пыталась отделаться от этой мысли.

Пока я отдыхала Кенджи обежала вокруг дома. Она уступила Фитцу самое почётное место (до этого много раз получив его смертельно опасными когтями по морде) и легла рядом, положив голову мне на колени.

Я некоторое время гладила её, потом спросила Дэниэла, что произошло на этот раз. Он пожал плечами и сказал:

— Как обычно. — Что означало, что его отец напился и набросился на него. Не физически. Думаю Дэниэл предпочёл бы, чтобы это было физически. Насилие он может понять, может с ним справиться. Но не со словами.

Мама Дэниэла умерла три года назад. Хотя, она никогда не проводила много времени в семье — всё время неуловима, рассеяна, застревала в своих лабораториях, не могла найти времени для Дэниэла и двух его старших братьев. Единственный, кто действительно скучал по ней был её муж. Именно с её смерти обычный «стаканчик пивка в выходной» превратился в «мертвецки пьян десять дней в неделю». Сейчас остались только Дэниэл и его отец — два его старших брата учатся в колледже.

Иногда, когда мистер Бьянчи выпьет, он вообще не замечает Дэниэла, что хорошо. Но иногда происходит наоборот. Он говорит всякую чепуху. И не обычные обвинения типа «ты ленивый/тупой/бесполезный». Он говорит…мерзкие вещи. Говорит, что Дэниэл не его сын. Что Дэниэл был ошибкой. Что он выродок, отродье, зло.