— Сейчас? — я практически пищу. Не желая быть той, кто скажет решающее «да» или «нет», я спрашиваю: — А ты как считаешь, что нам делать?

Кристофер глубоко вздыхает.

— Ты знаешь, что я об этом думаю.

— Мне нужно услышать это еще раз, — бормочу я, обходя его. Я подхожу к панорамным окнам и смотрю на поток машин внизу.

Слышу, как Кристофер идет ко мне, а затем чувствую его присутствие прямо за спиной. Он берет меня за плечи и разворачивает к себе.

— Общий ребенок. Совместное будущее. Меня всё это более чем устраивает.

Ну, вот тебе и романтика.

В этом и проблема. Эмоциональная сторона вопроса. Я хочу быть желанной.

Но потом я снова начинаю взвешивать все «за» и «против». Кристофер будет прекрасным отцом. Мы лучшие друзья. Он всегда относился ко мне с уважением. Я знаю, что он любит меня. Пусть не романтически, но это лучше, чем ничего. Ведь так?

Он пристально смотрит на меня, затем, наклонив голову, спрашивает:

— Мы идем на это или нет?

Сделав глубокий вдох, я строю сомнительную гримасу и признаюсь:

— Я просто... я... — вздох. — Когда я выйду замуж, я хочу, чтобы мужчина меня хотел.

Кристофер прищуривается: — Ты думаешь, я не буду тебя хотеть? Сексуально или вообще?

— Во всех смыслах, — бормочу я и, наконец, выдавливаю главное: — Я хочу быть желанной.

Он делает вдох и заявляет:

— Поверь мне, как только ты согласишься, я мигом избавлю тебя от этих сомнений.

«Поверь мне».

Встретившись с Кристофером взглядом, я понимаю: лучшего мужчину мне не найти. Быть желанной — это еще не всё. Я научусь с этим жить. Поколебавшись еще секунду, я выдыхаю:

— Ладно. Давай сделаем это.

Я вздрагиваю, когда выражение лица Кристофера начинает меняться: его челюсти сжимаются так, что на виске начинает биться жилка.

— Или нет, — быстро добавляю я, пытаясь обезвредить бомбу. Черт, я окончательно запуталась.

Он медленно качает головой.

— Ты не против, если я тебя поцелую?

— Да, нам нужно проверить, не будет ли... — слова застревают у меня в горле, потому что Кристофер делает шаг вперед.

Он обхватывает меня за талию и рывком прижимает к себе. Я вскрикиваю, и прежде чем успеваю набрать воздуха, его губы с силой впиваются в мои.

Я замираю.

На пару секунд всё вокруг застывает, но как только его губы начинают двигаться, моё сердце совершает безумный прыжок и, кажется, вылетает прямо в окно за моей спиной.

Матерь. Божья.

Кристофер кладет ладонь мне на затылок, меняя угол поцелуя. Его язык властно проникает в мой рот, и мне приходится вцепиться в его плечи, когда он вжимает меня в стекло. По коже разлетаются мириады искр, всё тело прошибает мощным разрядом.

Он прижимается ко мне всем телом, целуя так, как меня еще никто и никогда не целовал. Уверенные движения его языка заставляют калейдоскоп бабочек в моем животе сойти с ума. Он слегка прикусывает мои губы, пока они не начинают гореть.

Боже мой. Одним поцелуем Кристофер меняет всё, что я, как мне казалось, знала о нас. В этом жесте — соблазн, собственничество, клеймо. Он заставляет меня чувствовать себя желанной.

Поддавшись моменту, я начинаю бороться с его языком за лидерство. Это вырывает у него низкий рык, и этот звук пронзает меня насквозь, как молния. Когда он разрывает поцелуй, наши взгляды мгновенно сталкиваются. Вид Кристофера — запыхавшегося, с потемневшими, полными страсти глазами — заставляет мои колени подогнуться.

Что ж, такой стороны моего лучшего друга я еще не видела.

Проходит вечность, прежде чем он произносит:

— Думаю, можно смело сказать, что с интимной близостью проблем не возникнет.

Но меня по-прежнему пугает эмоциональная сторона. Я выбираюсь из тесного пространства между Кристофером и окном и отхожу на пару шагов. Я должна быть с ним честной. Обернувшись, я делаю глубокий вдох и поднимаю на него глаза.

— Я не знаю, смогу ли я. — Его лицо мгновенно мрачнеет, и я бросаюсь к нему, хватая его за руку. — Пожалуйста, выслушай меня. — Когда он кивает, я быстро продолжаю: — Этот поцелуй не был похож ни на что в моей жизни. Я не смогу целовать тебя так и не влюбиться.

Кристофер качает говолой: — В чем тогда проблема?

— Я хочу отношений, где мужчина тоже будет влюблен в меня по уши. Быть единственной, кто любит... — я отпускаю его руку и делаю шаг назад, — это убьет меня эмоционально.

Он хмурится.

— Ты думаешь, что влюбишься только ты?

Я обхватываю себя руками и киваю.

Он смотрит на меня так, будто я сморозила несусветную глупость.

— Дэш.

Качнув говолой, он сокращает расстояние между нами, берет меня за плечи и слегка наклоняется.

— Я и так тебя уже чертовски люблю.

Я раздраженно вздыхаю: — Я говорю о том, чтобы влюбиться. — Я не знаю, как еще ему объяснить.

Он кладет ладони мне на шею и наклоняется так низко, что я чувствую его дыхание на своих губах.